В конечном счете решение принял Зия уль-Хак, поэтому звонок перевели на него. У Зии было много причин для нежелания пускать Чарли в Афганистан не в последнюю очередь потому, что это нарушало строгое правило, запрещавшее любым правительственным чиновникам США проникать в зону боевых действий с территории его страны. Он не признавал даже пакистанской помощи моджахедам, не говоря уже о сотрудничестве с ЦРУ, а Уилсон даже собирался взять с собой репортера. Но настоящая причина была гораздо более глубокой и неназываемой.
В то время Пакистан столкнулся с исторической угрозой для выживания страны, и, как ни странно это может показаться, Зия рассматривал Чарли Уилсона как незаменимый элемент своей национальной обороны. В том году Индия снова провела мобилизацию, и президент со своим генеральным штабом был вынужден обсудить возможность очередной войны. Перед ним вырисовывалась чрезвычайно мрачная картина. Во-первых, Индия имела ядерную бомбу. Она взорвала ядерное устройство еще в 1974 году, и никто не сомневался, что в случае крупномасштабного конфликта Пакистан будет стерт с лица Земли. Во-вторых, огромная индийская армия уже нанесла поражение пакистанской армии в трех предыдущих войнах. Кроме того, Зия считал Индию государством-клиентом Советского Союза. Теперь, когда советские штурмовые вертолеты падали с неба под ударами «Стингеров» и «черные тюльпаны» увозили в Россию все больше погибших солдат, Зия не нуждался в указании, что для Москвы наступил момент, когда она вполне может подтолкнуть Индию к игре по-крупному.
Главным непредсказуемым элементом этой ситуации, неизвестным фактором, угрожавшим самому существованию Зии уль-Хака, были усилия Пакистана по созданию исламской ядерной бомбы. Если бы американский Конгресс получил свидетельства, что Пакистан находится на пороге «ядерного клуба», то это привело бы к немедленной инициативе по прекращению всей зарубежной помощи.
С точки зрения Зии уль-Хака, это было нечестно. Никто в администрации Рейгана не питал иллюзий по поводу ядерной программы Пакистана. Даже Зульфикар Али Бхутто, демократический предшественник Зии, работал над созданием атомной бомбы. В Госдепартаменте не могли не понимать, что, когда Пакистан получит бомбу, он сможет воспользоваться американскими F-16, если захочет сбросить одну из них на Индию.
Грязный маленький секрет афганской войны заключался в том, что Зия уль-Хак с самого начала заключил негласное соглашение с Рейганом: Пакистан будет работать вместе с ЦРУ против Советского Союза в Афганистане, а взамен Соединенные Штаты не только предоставят мощную финансовую и военную поддержку, но и будут закрывать глаза на создание ядерной бомбы.
Однако Зия понимал, что если его застигнут с поличным, то Белый Дом не защитит его от гнева Конгресса. Именно здесь в игру вступал Уилсон, занимавший место в Комиссии по ассигнованиям. Зия знал, какую важную роль этот парламентский орган играет в судьбе Пакистана. Его планы едва не сорвались в 1985 году, когда в США был пойман пакистанский агент, пытавшийся купить высокоскоростные триггеры — переключающие устройства, используемые в пусковом механизме ядерного оружия. Стив Соларц, влиятельный председатель подкомитета по Южной Азии, немедленно организовал слушание по этому вопросу, и некоторое время казалось, что он готов возглавить битву за прекращение финансовой помощи пакистанскому диктатору Руководство ЦРУ было встревожено очевидными последствиями для афганской программы в случае неблагоприятного исхода событий. Как ни странно, само ЦРУ способствовало возникновению этого кризиса; частью работы Агентства была слежка за работами Пакистана в ядерной области, и каждый начальник оперативного пункта в Исламабаде уделял этому большое внимание[61].
В какой-то момент Верной Уолтере, бывший заместитель директора ЦРУ и посол Рейгана в ООН, прилетел в Пакистан и предупредил Зею уль-Хака об опасности продолжения ядерной программы. Зия поглядел ему прямо в глаза и сказал, что донесения разведки США не верны. Пакистан не создает атомную бомбу. Его высказывание было таким же искренним и недвусмысленным, как его взгляд. Позднее, когда его спросили насчет этою инцидента, Зия объяснил двум высокопоставленным чиновникам Госдепартамента; «Ложь допускается ради блага ислама». Белый дом сделал все возможное, чтобы убедить Конгресс не прекращать финансовую и военную помощь Пакистану. Уилсон понимал, что эту битву нельзя было выиграть без веских аргументов; говорят, он отправился к Соларцу, вооруженный секретной разведывательной информацией о ядерной программе Индии. Он якобы утверждал, что Индия может оказаться более уязвимой, чем Пакистан, если дело дойдет до применения ядерного оружия.
