- Я есть хочу! - быстренько сменил Бек скользкую тему. - Моему растущему организму постоянно требуются калории, между прочим!
ох, и наплачусь я дома с этим растущим организмом
ладно, не привыкать
- Альхьамдулиллахь (слава Аллаху), - спорить ей расхотелось, шататься по Москве надоело, ноги гудели. - Ладно, пойдём туда.
- И чего упиралась, спрашивается? - воззвал Бек к облакам.
Они уже собирались расплачиваться, когда Беку захотелось ещё и мороженого. Пока он придирчиво изучал меню, она уткнулась в разложенный на столике "Большой город" - из московских газет эта привлекала больше всех, какой-то свежестью, что ли.
- Тхо лайш дац, я цкъа а хира а дац, - прозвенел рядом с их столиком вздрагивающий от напряжения девичий голос.
рабами мы не были, и никогда не будем
Газета, шурша, выпала у неё из пальцев.
- А вы - вы рабы! Испугались?! Вы должны меня бояться! Вы знаете, что я сейчас сделаю? Знаете, что у меня здесь?!
Девчонка, самая обычная девчонка: короткая модная куртка с капюшоном, голова непокрыта, каштановые волосы рассыпаны по плечам, вот только глаза...
И побелевшие костяшки пальцев, сведённых на ремне самой обычной джинсовой сумки, висящей через плечо.
Матерь Божия, пречистая, пресветлая, пресвятая Богородица
моли Бога за нас
Люди в кафе ещё не поняли, что происходит, тихо играла музыка, от кассы спешила официантка...
- Сан йиша, мороженого хочешь? - выпалил Бек, подымаясь из-за столика. - Садись! Ты опоздала! Мать не пускала?
Девушка глядела на него остановившимися глазами.
- Хьо нохчи юй (ты чеченка)? - Бек встал рядом с нею, загораживая от всех.
Та сделала несколько неверных шагов к столику, присела на отодвинутый Беком стул. Прошептала бескровными губами:
- Вас послали за мной следить?
- А то нам больше делать нечего! - фыркнул Бек. - У нас завтра самолёт! Москва-Хабаровск - представляешь такую фишку? А ведь могли бы лететь на Таити! Если б Талгатовна фигнёй не страдала!
запрягай мне, Господи, коней беспредела
я хотел пешком, да только мне не успеть
- Фигнёй?! - Схватив креманку с мороженым Бека, она засунула в рот полную ложку. У мороженого был вкус и запах мокрого песка. - Это тебя чего-то на Таити зациклило! Таитянок ему голых подавай! Жениться тебе пора, вот что!
алло, психи, что у нас в кулаке?
трамвай!
ха-ха-ха, подглядели!
- Да какое жениться, я ещё школу не закончил! А ты закончила школу, сан йиша?
- Что?.. - девчонка сглотнула и заморгала.
- Школу, говорю, закончила? Сколько тебе лет? Может, я на тебе женюсь?
соловей мой, соловей, голосистый со-о-о-ловей
- Я, я... - губы у неё задрожали. - Мне нельзя замуж... я... нечистая... я...
Они переглянулись.
- Тоже фигня! - решительно сказал Бек. - Как тебя зовут?
- Мадина...
а кругом лежат снега на все четыре стороны
легко по снегу босиком, если души чисты
Потянувшись через стол, она слегка коснулась руки Мадины, не той, в которой всё ещё был намертво зажат ремень сумки:
- Сан йиша, ваха, вал санна хала ду...
жить так же тяжело, как и умирать
И облегчённо вздохнула, увидев, как слёзы наконец хлынули по её бледным щекам.
Бек осторожно высвободил сумку из пальцев девчонки, поставил у ножки стола, хмуро бросил:
- Я покурю.
Она кивнула, пересаживаясь ближе к Мадине:
- Попроси, чтоб воды минеральной сюда принесли.
Бек и сумка исчезли.
- Я семью опозорила, я... - всхлипывая, бормотала Мадина. - Меня никто замуж не возьмёт... никогда... я в фильтре была...
- А отец твой где?
- Он погиб, и мама, и брат, давно, ещё в первую... мы с сестрой у дяди двоюродного жили...
так что нам делать, как нам петь, как не ради пустой руки
а если нам не петь, то сгореть в пустоте
- Мне надо было там умереть... тётка мне сказала... теперь и сестру из-за того, что я... такая, никто замуж не возьмёт... и тогда они пришли за мной... отвезли меня в лагерь...
- Всё меняется, когда приходят они, мать их! - зло бросил Бек, возвращаясь. Сумки с ним уже не было.
а петь и не допеть - то за мной придут орлики
с белыми глазами, да по мутной воде
- Они... они сказали, что если я сегодня не взорвусь, завтра все мои ориентировки в милиции будут, и меня всё равно поймают и посадят...
- Врут, коз-злы! - произнёс Бек со смаком. - Не бойся, сан йиша, сейчас мы тебя отведём в такое место, где тебя никто не найдёт, ни эти, ни менты... Талгатовна, ты Бесу скажи, пускай он её вместо нас на Таити отправит!
Мадина подняла на него огромные ошеломлённые глаза.
- Если уж нам не суждено!.. А то, может, ты с нами полетишь, самолётом Москва-Хабаровск? Я, конечно, школу не закончил, но жених ого-го, настоящий къонах!
- Это ты-то рыцарь?! Трепло ты настоящее! - покачала она головой, видя, как медленно появляется улыбка на губах Мадины. - Ты куда сумку дел? Что там было?
- Куча г...гадости всякой, короче. Я её по частям в разные помойки распихал. Легко!.. Сан йиша, на улице солнце, а у тебя всё дождик идёт!.. Эй! Ты чего, обалдела?!
Мадина наклонилась и порывисто коснулась губами его руки.
а ночью опять был дождь
и пожар догорел, нам остался лишь дым
но город спасётся
пока трое из нас
продолжают говорить с Ним
* * *
