Кастил был похож на гадюку. Он рванулся к моему горлу. Но я ожидала этого движения и поймала его за подбородок, удерживая его голову назад. Грубые, короткие волосы на его челюсти странно ощущались на моей ладони. Он потерял часть своей массы, а я была сильной, но голод придавал ему силу десяти богов. Моя рука дрожала, когда я прикоснулась к сущности, позволяя своему дару вырваться на поверхность.
Серебристо-белый свет заискрился в моем зрении и от моих рук, омывая кожу, которая не должна быть такой тусклой и горячей. Я направила все счастливые воспоминания, какие только могла, в прикосновение - воспоминания о нас в пещере. Когда мы перестали притворяться. Мы стояли на коленях перед Джаспером, наши кольца были зажаты в руках. Как он смотрел на меня в голубом платье в Бухте Сэйона. Как он взял меня в том саду, прижав к стене. Я направила энергию в него, молясь, чтобы исцеление его физических ран облегчило боль от голода, успокоило его настолько, чтобы он вспомнил, кто он такой. Надеюсь, это будет хотя бы временное решение. Облегчить острие ножа голода, чтобы он мог питаться, не причиняя реального и болезненного вреда. Потому что сейчас он будет есть, если я ему позволю. И это причинит ему боль. Это убьет часть его.
По телу Кастила пробежал спазм. Он болезненно застыл на мгновение, больше не сопротивляясь моим прикосновениям. Затем он дернулся так быстро, что полностью вырвался из моей хватки. Я споткнулась и чуть не упала, когда он прижался спиной к стене. Серебристое сияние исчезло с моих рук, с его рук, когда он стоял там, склонив голову и выпятив грудь. Многочисленные, не поддающиеся подсчету порезы на его руках, груди и животе поблекли и превратились в слабые розовые следы. Свет свечи не достигал нижней части его тела, и я не могла видеть рану на его ноге, но я представляла, что она тоже начала заживать. А вот его рука... Мои способности не могли этого исправить.
Секунды тянулись, и единственным звуком было его неровное дыхание и приглушенный, ровный стук сверху. Колеса кареты?
"Кас?"
Он вздрогнул - все его тело и цепи зашевелились. Он поднял голову, и я увидела, что его лицо... оно тоже похудело. Как в том первом сне. Тень волос вдоль челюсти и подбородка потемнела. Под щеками и глазами образовались глубокие впадины.
Но его глаза... они открылись и были все того же потрясающего золотистого оттенка. "Поппи".
Кастил
Она стояла передо мной, яркое пламя, отбившее красную дымку жажды крови. Она была здесь. Настоящая.
Моя королева.
Моя душа.
Моя спасительница.
Поппи.
Это был не сон. Не галлюцинация, как те, что мучили меня в последние часы и дни. Поппи сказала, что придет за мной, и теперь она была здесь.
Я оттолкнулся от стены. Костяные цепи зазвенели, натянувшись. Цепь затянулась вокруг моего горла, но Поппи уже двигалась. Не успел я сделать следующий вдох, как она оказалась в моих объятиях. Каким-то образом я оказался на заднице, но она все еще была в моих руках. Теплая. Твердой. Мягкая. Крепко обнимала меня. Прижалась щекой к моей. Я был грязным. Должно быть, от меня воняло. Пол в камере был грязным. Все это не помешало ей быстро поцеловать меня в щеку, лоб и переносицу.
Я не хотел, чтобы эта грязь касалась ее, но я не мог заставить себя отделиться от нее. Ее прикосновения. Ощущение ее объятий. Слабый аромат жасмина, который я вдыхал.
Ее дар подхватил меня с края небытия и потянул назад, но именно она - просто она - не дала мне снова очутиться на краю пропасти. Я погрузил пальцы в ее косу, моя плоть ожила от ощущения этих прядей на моей коже.
Поппи была... боги, она заземляла так, как может только она. Одно ее присутствие собирало все те разрозненные осколки, которые откололись и разлетелись, и снова собирало их воедино.
Я вздрогнул, когда она провела пальцами по моим волосам, а затем переместила руки на мои щеки. Она прижалась к шершавым волосам и влажной коже.
"Все хорошо", - густо прошептала она, убирая влагу большим пальцем, а затем губами. "Все хорошо. Я здесь".
Я здесь.
Я напрягся, мои пальцы сжали ее косу. Она действительно была здесь. В этой камере со мной. И мы были не одни. Мои глаза распахнулись, и я поискал глазами Киерана.
Золотой Мальчик ждал у входа с этой гребаной ухмылкой на лице. Подручная была с ним. Она не ухмылялась. Она стояла, скрестив руки, молчаливая и неподвижная. За ними, в тени, наблюдали другие стражники. Рыцари с черными лицами.
Все мое тело похолодело. Это было не спасение.
Я крепче обхватил Поппи за талию, сдвигая нас, как мог, с помощью проклятых цепей. Мне удалось лишь наполовину прикрыть ее тело своим.
Я повернул голову и прижался ртом к ее уху. "Что случилось?" Я говорил тихо, не отрывая глаз от входа ни на одну чертову секунду.
"Они поймали нас возле Трех рек".
Паника, которая пронзила мою душу, когда я увидел болт, торчащий из ее груди, захлестнула меня сейчас, пустив мое вялое сердце в галоп.
И Поппи это почувствовала. Я знал, что это так.
Она поцеловала меня в щеку теплыми, мягкими губами. "Все в порядке", - повторила она, поглаживая мой затылок. "Киеран и Ривер со мной. Они в безопасности".
