Моя челюсть сжалась, потому что это звучало как Малик, которого я знал, но я начинал думать, что процесс превращения в Рева одурманивает мозг, и именно поэтому другие Подручные молчали. То, что сейчас вылетало из ее уст, было чистой бессмыслицей. "Ты должна часто бывать рядом с ним, чтобы знать, когда его нужно кормить".
Она выпрямилась. "Не совсем."
"Тогда было бы странно это замечать".
"Я просто наблюдательна". Эти глаза... Они были такими тусклыми, почти безжизненными. Чертовски жутко смотреть в них слишком долго.
"И я также не пытаюсь убить его, что случилось бы, если бы я часто находилась рядом с ним".
"Разве служанкам не разрешается проводить время с представителями противоположного пола?"
Она не очень деликатно фыркнула. "Подручным разрешено общаться с представителями любого пола, который они считают нужным".
"Тогда это потому, что ваша королева хочет, чтобы Малик был только один?" Мой желудок сжался.
"У нее нет к нему никакого интереса". Выражение ее лица не изменилось, но я заметил, что она ухватилась за края ванны. Интересно. "Уже давно".
Я не поверил этому ни на секунду.
Служанка опустила руку в воду и начала скрести кожу. Странные символы быстро исчезли. Она перешла на другую сторону.
" Знаешь ли ты, что эти туннели и камеры находятся здесь уже сотни и сотни лет?" Поднявшись из ванны, она провела пальцами по стене камеры. "Они существовали, когда боги ходили среди людей. Конечно, они были расширены, дополнены и теперь проходят по всей длине города, но эти стены..." Она приложила ладонь к влажному камню. "Эти стены древние, и лишь немногим было позволено войти в них".
Я знаю о подземных камерах под домами Вознесенных, но не о туннелях, проходящих через весь город. "Мне плевать на эти стены".
"А зря." Она посмотрела на меня через плечо. "Боги ходили по этим туннелям. Как и Перворожденные. Они ходили по другим туннелям в других городах, соединяя дверные проемы и создавая магические заслоны из сущности Перворожденных, которые могли не пускать или впускать внутрь".
Я смотрел, как она проводит ладонью по неровному камню, задаваясь вопросом, о чем именно, черт возьми, она говорит.
"Было предсказано, что бог, рожденный смертным, несет в себе кровь Перворожденного Жизни и Перворожденного Смерти при вознесении", - прошептала Подручная. "Или так говорят, а говорят они много. Так или иначе, она нарушила эти обереги Перворожденных, когда вознеслась в свое божество".
Было ясно, что она говорит о Поппи.
Она прислонилась щекой к стене. "И все, что хранилось внутри, теперь может выйти наружу". Глаза, не такие уж и тусклые, встретились с моими. "Остаются два вопроса. Когда и где. Даже он не знает".
Я даже не знал, что ответить на все это, но я уловил, как скривились ее губы, когда она сказала "он".
"Кто?"
"Каллум".
"Золотой мальчик Рев?"
Ее смех был более горловым, более реальным и странно знакомым. "Он старый. Очень старый. Будь осторожен с ним".
"Да пошел он". В нетерпении я наклонился вперед - дальше, чем обычно, из-за ослабленных цепей. "О чем, черт возьми, ты бредишь? И какое отношение это имеет к вознесению Поппи?"
"Я и вправду брежу, не так ли? Йен сказал, что Пенеллаф бредит". Она резко повернулась лицом ко мне, прислонившись к стене. "Это правда?"
Мои глаза сузились. "Почему? Почему ты хочешь это знать?"
Ее плечо приподнялось. "Просто любопытно".
" Странное дело - любопытство".
"Это правда?" - упорствовала она. "Она тоже бредит?"
Я разжал челюсть. "Ее мысли склонны блуждать... вслух. Часто и иногда беспорядочно". Уголки ее губ приподнялись, когда она возилась с осколком камня у бедра. "Я... я не знала, что Королева может так поступить с Йеном. Я-" Ее челюсть сжалась. "Я не ожидала этого".
Я поверил ей. Только потому, что выражение шока на ее лице и на лице моего брата, когда эта сука приказала убить Йена, не могло быть сфабриковано. "Я бы сказала тебе, что убью Исбет за это, но моя королева - бог. Она убьет ее".
Ее пальцы замерли на камне.
"Да, я это понял в Дубовом Амблере", - сказал я ей. "Она точно убьет эту суку".
Слабая улыбка вернулась, удивив меня, и я не думал, что что-то еще может меня удивить. "Я видела ее потом. Пенеллаф".
Мое дыхание. Мое сердце... Остановилось.
"Я осталась позади, полагая, что она будет сердиться, когда проснется. И она была. Она пришла в Дубовый Амблер, и она сильна. На мгновение я подумала, что она собирается уничтожить Восход и весь город". Она продолжала тереть пальцами острый край камня. "Но она остановилась. Может, она не такая, как ее мать".
"Не такая", - прорычал я. "На нее никто не похож".
"На самом деле ты прав, когда говоришь это". Ее взгляд переместился на меня. "Но ты не знаешь ее по-настоящему. Я сомневаюсь, что она вообще знает себя". Ее подбородок опустился, и ее взгляд холодил мою кожу. "В ней течет кровь Перворожденного Жизни и Перворожденного Смерти".
"Я знаю. Она знает, что произошла от Никтоса..."
"Если ты думаешь, что дедушка - истинный Перворожденный Жизни и истинный Перворожденный Смерти, тогда
ты ничего не знаешь".
