Джастин успел сделать еще с десяток заготовок, когда его внимание привлекла появившаяся в дверях фигура в черном. Фирбек направлялся прямиком к нему.
– Привет героическому командиру моряков без корабля, – промолвил Джастин.
– Привет прославленному придумщику по части огня и железа, – с широкой улыбкой отозвался Фирбек. – С нетерпением ожидаем встречи с тобой завтра. Рано поутру.
– Я тоже, – ответил Джастин, кое-как выдавив улыбку.
Моряк еще раз изобразил на лице восторг, кивнул и двинулся туда, где Алтара и Никос разбирались с маленьким токарным станком, который не вовремя заклинило.
Джастин набрал воздуху, чтобы успокоиться и не двинуть молотом по заготовке сильнее, чем надо. Почему Фирбек все время цепляется именно к нему? Что ему нужно?
Еще раз вздохнув, Джастин жестом привлек внимание Клерва.
– Я скоро вернусь, – сказал он помощнику и вышел из кузницы на боковое крыльцо.
Ведро оказалось пустым. Хрипло рассмеявшись Джастин поднял его и зашагал к насосу. Он плескал холодную воду в разгоряченное лицо до тех пор, пока не смыл копоть и не охладился. Чувствуя себя малость посвежее, Джастин наполнил ведро и направился обратно. На огороде уже цвели бобы, вымахавшие по колено.
Случайно оглянувшись в сторону фермерского дома, он приметил медленно бредущего навстречу рослого, светлоголового человека. Гуннар жестом указал ему на скамью. Джастин поставил почти полное ведро на приступок и остановился, чтобы подождать брата.
– Привет, Гуннар, как себя чувствуешь? Да садись ты, во имя Тьмы, слабый ведь еще совсем, а уже болтаешься по двору!
– Думаю, ты сам ответил на свой вопрос, – усмехнулся Гуннар. – Я не только вижу, но уже в состоянии самостоятельно одолеть целую дюжину локтей, не опасаясь свалиться, – с этими словами он медленно примостился на краю скамейки. – А твои дела как?
– Нормально, как всегда. Снова выпало счастье отправиться в поход против Белых.
– Завтра, да?
– Завтра... – Джастин покачал головой. – Слушай, я тут кое о чем задумался...
– Задумался? Это ты брось, инженеру такое не подобает.
Джастин оставил шуточку брата без внимания.
– ...задумался вот о чем, – продолжал он. – Ты ведь знаешь, что силы гармонии не рискуют использовать порох, не упрятав его в черное железо, – из опасения, что Белые подорвут заряд на расстоянии. А почему бы нам не ответить им тем же?
– Тем же? Ты хочешь использовать против них магию хаоса?
– При чем тут магия хаоса? Вот взять тебя: ты творишь бурю, которая сеет разрушение. Но разве не существует какого-либо другого способа добиться того же эффекта?
– Занимался бы ты лучше своими железяками, – пробормотал Гуннар, покачав головой, и тут же поморщился. – Тьма, даже головой не пошевелить. Сразу кругом идет.
– Но Гуннар, если тебе и Креслину под силу сеять разрушение с помощью магии гармонии...
– Тьма! – Гуннар снова поморщился. – Не знаю я, Джастин, просто не знаю. Есть способ, нету... Возможно, и есть. Исследуй, изобретай, ставь опыты, но имей в виду, что запросто можешь закончить, как я... а то и как Креслин. Чертовски мало радости прийти в себя живым, но слепым и с такой головной болью, что не способен и шелохнуться.
Джастин наполовину наполнил водой чашку и протянул брату:
– На, попей.
– Спасибо.
Медленными глотками Гуннар осушил чашку, после чего заговорил снова:
– Здесь нас ожидают серьезные затруднения.
– Кажется, я начинаю это понимать.
– И вот о чем я подумал. Присмотревшись к этой их Железной Страже. А что, если Белые заведут нечто подобное и на море?
Джастин наморщил лоб и, поразмыслив, кивнул:
– Ты хочешь сказать, что мы будем не единственными, кто использует основополагающую гармонию океана? Однако что это меняет?
– Джастин, – Гуннар поставил пустую чашку на скамью между ними, – у нас никаких оснований для уверенности в том, что в рядах Железной Стражи со временем не появятся свои Черные.
– Вот как? Но не повторится ли тогда случившееся во времена Креслина?
– Как знать, может и повториться. Только вот много ли в мире Креслинов? И хотел бы ты поставить будущее Отшельничьего в зависимость от отсутствия или наличия в нужный момент мага с нужными способностями?
– Вот как ты заговорил, – усмехнулся Джастин. – А ведь, если мне не изменяет память, кто-то совсем недавно уверял, будто Белые не представляют собой серьезной угрозы.
– Я понял свою ошибку... Может быть, из-за того, что лучше всякого другого осознал, ЧТО ИМЕННО мною было сделано, – пробормотал Гуннар, глядя себе под ноги.
Джастин молчал, ожидая продолжения.
– Я вызвал чуть ли не самую сильную бурю со времен Креслина, но с каким результатом? С каким стратегическим результатом? Возможно, мне удалось погубить тысячу, а то и больше солдат, однако все эти жертвы лишь незначительно замедлили продвижение Белых. Это при том, что сам я лишился чувств. Если бы не ты, меня бы уже не было...
– Это нас бы никого не было, если бы не...
