Через некоторое время Джастин и его вконец вымотавшиеся помощницы спустились вниз, чтобы ополоснуть потные, закопченные лица. Они присели на камни, но рассиживаться долго инженер не собирался.
— Надо отвести лошадей за поворот, — сказал он. — А потом попробовать придать этому нагромождению некое подобие порядка.
— Твоя работенка много хуже солдатской, — покачала головой блондинка. — В бою ты можешь только умереть, а эти твои затеи — сплошная пытка.
— Так ведь мне не легче, чем вам.
С помощью упряжной лошади, более крепкой, чем его серая, Джастин и бойцы подправили завал. Уровень воды в потоке поднялся почти до самой дороги.
— А теперь надо набросать еще камней. Но не таких больших.
Бойцы переглянулись. Блондинка и женщина в сером пожали плечами. Черноволосая помедлила, но потом рассмеялась:
— Ладно, инженер. Набросаем тебе еще.
Работа пошла прежним чередом. Наконец, к вечеру, когда осталось всего четыре ракеты, а солнце ушло за край каньона, Джастин скомандовал отбой, и все спустились вниз. Теперь вода плескалась поверх дорожного полотна.
— Вот ведь дерьмо! Теперь мне понятно, почему никто так и не завоевал ваш Отшельничий. Пришлось бы не столько сражаться, сколько шевелить мозгами!
— Может, оно и лучше, чем слушать Диессу или эту суку Зерлану...
— Диесса... Теперь Диесса уже ничего больше не скажет. А для командира она была не такой уж стервой.
Джастин вопросительно взглянул на своих помощниц, но все три промолчали.
— Ничего не скажет? Почему? — спросил он наконец.
— Да потому, что проклятый чародей прикончил ее. В последнем бою, — был ответ.
Джастин поджал губы. Диесса была права: в сражениях умирают сотни — что удивительного в гибели отдельного человека?
Вздохнув, молодой инженер перебрался к запруде и, по щиколотку в воде, принялся устанавливать пусковое устройство, нацеливая его на склон.
— Эй, похоже, ты собрался сбивать камни оставшимися ракетами! А кто мешал тебе сделать это с самого начала? — раздраженный вопрос одетой в рваный, окровавленный кожаный мундир блондинки потонул в хриплом кашле.
— Большой валун выстрелом не сшибешь. Но из одних скал не получится плотины. Теперь нам нужно обрушить на завал мелкие камни, песок, глину — все, что только может забить щели.
Ракета взвилась и ударилась в склон. За ней последовала вторая.
Земля, обрушиваясь в поток, придала воде бурый оттенок. Щели плотины начали забиваться грязью, а уровень воды на дороге быстро поднимался.
Меняя угол прицела, Джастин еще дважды обстрелял склоны, чтобы обрушить в русло как можно больше земли. Наконец, выпустив последнюю ракету, он навьючил установку на пегого мерина и позволил себе утереть закопченное и расцарапанное лицо. Его черное одеяние насквозь промокло от пота. И все же он улыбался.
— Чему радуешься, инженер? — грубовато спросила женщина в сером. Однако улыбалась и она сама.
— Славная девочка, — бормотал Джастин, с трудом взбираясь на свою кобылу и трепля ее по холке. — Досталось тебе, бедняжке. Но ты уж будь добра, доставь старика Джастина в Сарронну.
«...ну и сукин сын...»
«...а по-моему, он ничего...»
Оглянувшись на невысокую запруду, Джастин внедрил чувства в камни, песок и землю. Его дамба была не столь монументальным сооружением, как завал Гуннара, однако она обещала продержаться не менее двух лет. А этого вполне хватит для того, чтобы заставить Белых избрать для наступления самый невыгодный для них путь.
Южный, пролегающий через Кирлин.
Двое магов поднялись по склону. Один из них наступил каблуком на какой-то мелкий черный предмет и отдернул ногу, когда раздалось шипение.
— Еще один наконечник из черного железа? — спросил тот, кто был постарше и покрупнее.
— Эти проклятые штуковины разбросаны здесь повсюду.
— Хочешь знать мое мнение? Тебе не стоит посылать Гистену депешу с просьбой о пополнении в две тысячи копейщиков.
— Но... ведь не столько же было ЭТИХ?..
— Джихан, по моим подсчетам, таких наконечников у них было двадцать раз по сорок. А как ты думаешь, сколько они успеют наделать до того, как мы достигнем Сарронны южным маршрутом?
Глубоко вздохнув, Зиркас оглядел с гребня затопившую дорогу воду.
— А ведь Железная Стража могла бы...
— Думаешь? Попробуй определить источники хаоса.
— Легко сказать! — фыркнул Зиркас. — Свет знает, может, великому Джеслеку и удалось бы что-то подобное, но иным... Этот Черный инженер создал прочнейшую плотину поверх холодной воды и сплошного гранитного ложа. Так что отправляй Гистену донесение о нашей победе — мы ведь, вроде как, победили — и попроси прислать кого-нибудь из сорвиголов... вроде Белтара. Пусть он займется отражением гармонии, а уж меня уволь.
— Думаешь, нам предстоит столкнуться с существенным затруднением?
— Хочешь попробовать справиться с ним сам, о преславный Джихан?
— Я... как-то не рвусь.
— В таком случае не проси и меня.
Некоторое время глаза Зиркаса казались пустыми.
Джихан бросил взгляд на свой экипаж и дожидавшийся его отряд Белых копейщиков, обвел взором белые знамена на берегу озера, медленно разливавшегося и углублявшегося, и облизал губы.
