– Видела бы ты, что она вытворяет в Цитадели, да и плащей у нее целых три и все три разного цвета.
– Насколько я знаю, цветов всего пять, красный, синий, голубой, коричневый и черный и у мага может быть только один цвет.
– Если быть точной, то цветов шесть, у Валесии три. Вот такая у меня сестра.
– Интересная дама. Если не секрет, кто из вас старше?
– Мы погодки, а остальное неведомо, мы обе сироты, подкидыши, мои родители мертвы, а про родителей Валесии ничего не известно.
– Отказаться от собственного ребенка. Не могу даже помыслить об этом.
– Увы, иногда подкинуть ребенка тем, кто сможет его прокормить – единственный способ сохранить ему жизнь. Иногда приходится отпускать тех, кого любишь.
– Грустно, но жизненно. Прости, но скоро мне придется тебя покинуть, чтобы покормить малыша.
– Конечно.
Оба десятника пребывали в отвратительном настроении. Новые лошади лиаринской породы были на редкость резвыми и выносливыми, но, в отличие от лошадей местной породы совершенно не могли питаться водорослями. Вот уже второй день две дюжины лошадиных задов извергали дурно пахнущую жижу и оглашали окрестности небольшой рыбацкой деревушки немелодичными звуками. По плану оба патруля должны были встретиться в Урохе и, развернувшись, продолжить патрулирование побережья. Теперь же, из-за особенностей лошадиного пищеварения, все планы полетели псу под хвост, и офицеры предвкушали выволочку. Солдаты в свою очередь, откровенно радовались незапланированному отдыху, благо звеневшие в кошелях монеты освобождали их от обязанности чистки загона от испражнений. Кто-то обхаживал местных девушек, кто-то, отложив в сторону оружие, помогал крестьянам. Были и опасения за здоровье солдат, одна молодая вдова с большим удовольствием принимала гостей после заката, иногда по два-три за раз. Десятники обошли построившихся солдат, внимательно осматривая обмундирование и оружие и выискивая малейший повод для выволочки.
– Сильный туман со стороны моря – доложил подбежавший дозорный, – идет против ветра.
– Бегом к старосте, пусть бабы запрут двери и не высовываются, мужикам вооружиться, готовимся отражать нападение с моря!
Лодки беззвучно подошли к причалам, едва слышно заскрипело дерево мостков под ногами морских разбойников. Нападавшие разделились на две группы, беря деревню в клещи. Спрятавшиеся алкмирцы хранили молчание, до боли в глазах вглядываясь в предрассветную темноту. Вспыхнули факелы и раздался многоголосный боевой клич. Уверенные в своем превосходстве разбойники не утруждали себя правилами ведения боя, они просто хлынули в деревню со всех сторон. Одни бежали в одиночестве, другие сбивались в небольшие группы по два-три человека. Заполыхали первые дома на окраинах. Алкмирские солдаты неожиданно выскакивали из-за углов, из-за деревьев, из-под перевернутых лодок и атаковали тех, кому не посчастливилось пробегать мимо. Местные мужчины, вооруженные дрекольем и топорами, остервенело защищали своих близких. Вся деревушка стала полем боя. Ругаясь, один из десятников сорвал с пояса стеклянную бутылочку и, что есть силы, бросил ее в стену ближайшего дома. Освободившаяся из своей стеклянной темницы искра взмыла высоко в небо и вспыхнула там, осветив окрестности ярким синим светом. Приободрившиеся алкмирцы усилили натиск, а спустя несколько ударов сердца полыхнули порталы прибывающих боевых магов. Команда скрывавшегося в клубах тумана корабля подняла паруса, и судно ушло в море, бросив высадившихся бойцов на произвол судьбы.
– Ваши потери? – поинтересовался у вошедшего в дом старосты десятника архимаг.
– С нашей стороны убито трое солдат и несколько рыбаков, господин, один местный тяжело ранен, не доживет до заката, раны остальных либо легкие, либо им повезло.
– С той стороны?
– Пока не знаю, в первую очередь мы помогали своим.
– Понятно. Расскажи, как было дело.
– Солдаты встали до рассвета, во время смотра прибежал дозорный и доложил, что со стороны моря идет густой туман. Мы известили жителей, приготовились и устроили засады по всей деревне. Когда началось сражение, я разбил выданную мне бутылочку. Потом пришли ваши.
– Что-нибудь необычное? Что заставило тебя поднять тревогу?
– Да, господин архимаг, дозорный доложил, что туман шел против ветра.
– Насколько мне известно, оба ваших отряда не должны были оставаться в Урохе. Вам было приказано встретиться, передохнуть и продолжить патрулирование.
– Проблема в наших лошадях. Нам выдали животных лиаринской породы.
– Хорошие лошади, быстрые и выносливые.
– Да, господин. К сожалению, мы не учли особенностей их рациона. Пока солдаты отдыхали, мы пустили их в загон к лошадям местных рыбаков, они объелись водорослями. Это хорошая пища для наших лошадей, но у лиаринцев она вызвала понос. Пришлось задержаться.
– Я правильно понял, что если бы не понос, то деревня была бы беззащитна?
– Да. Жизнь большинства подданных связана с морем, на берегу множество поселений. Алкмир не в состоянии держать гарнизон в каждой деревушке.
