– Благодарю Владыка, – произнес Ивелд, проклиная про себя так некстати опустевшую флягу, – наш народ живет отдельно от других рас и не вмешивается в вашу жизнь, но это не означает, что мы миримся с беззаконием и неоправданной жестокостью. Я буду говорить как от имени крылатого народа, так и от имени той, кого называю сестрой. Я прошу Владыку пересмотреть приговор, вынесенный этим судом около трех тысяч зим назад, и я прошу вас помочь Владыке принять верное решение. Я прошу пересмотреть приговор Ринатилэль Соавиннэ! Многие из вас присутствовали на том суде либо слышали о нем от своих предшественников. Ринатилэль заклеймили как бесчестную убийцу. Якобы, она пала настолько низко, что даже не предложила искупительных даров. Но так ли это? Давайте восстановим те события и посмотрим на них ее глазами. Как известно, род Соавиннэ выдал ее замуж за Уривэля Улавиннэ, несмотря на то, что она должна была стать супругой сына правящего рода. Это первая несправедливость. В первую брачную ночь Ринатилэль воспользовалась правом, которым наделена каждая женщина вашего народа. Она отказала ему в близости. Было ли это нарушением законов Леса? Безусловно, нет. Тогда Уривэль посмел поднять на нее руку и пожелал принудить к близости силой. Достойно ли такое поведение сына Леса? Вряд ли. Защищаясь, Ринатилэль оттолкнула его. Она не желала его смерти, он неудачно упал. Просто несчастный случай, который глава ее рода посчитал убийством и изгнал из рода. Он не предложил принести искупительный дар, а просто изгнал. Политика чем-то напоминает стадо свиней, плещущихся в луже. Кто-то получает удовольствие, а тем, кто стоит в стороне достаются брызги грязи. От подобной вопиющей несправедливости ее рассудок помутился, она перестала осознавать, что делает. Трое членов рода ушли за кромку, но это не было предумышленным убийством. Еще раз повторюсь, Ринатилэль не осознавала, что она делает. Она не защищала себя на суде, так как еще не пришла в себя, зато ее обвинители пребывали в здравом уме и не стеснялись в выражениях. Таким образом, я прихожу к выводу, что изгнание из Леса было ошибочным. Оно было несоразмерно тем деяниям, которые совершила Ринатилэль. Мало того, страдая от произошедшего, она не имела возможности произнести хоть слово в свою защиту, а некоторые из здесь присутствующих промолчали, поставив интересы своего рода выше, чем жизнь женщины вашего народа. Я закончил и готов отвечать на ваши вопросы.
– Фонтирэль – обратился к церемониймейстеру Владыка – что говорят наши законы?
– Пересмотр решения суда не противоречит нашим законам и традициям. Нам надлежит рассмотреть вопрос о виновности изгнанной Ринатилэль в убийстве трех членов рода Соавиннэ и о соразмерности наказания.
– Протестую.
– Ты нарушаешь порядок, драк.
– А ты отбрасываешь факты, ставшие причиной того печального события. Я считаю, что для полноты картины необходимо рассмотреть вопрос о династическом браке и смерти Уривэля, и только после этого переходить к роду Соавиннэ.
– Ринатилэль не просила справедливости Владыки, этот суд не вправе изменить решение главы рода.
– Ну, так подать сюда главу рода!
– Род Соавиннэ пресекся. Ониэль теперь член рода Отолариннэ, а Ринатилэль перестала быть членом рода. Тебе должно быть это известно, Ивелд.
– Что говорят ваши законы, Фонтирэль? Кто должен решать за ушедших?
– Никто. Изгнание из рода невозможно отменить, а значит, Ринатилэль виновна в убийстве своего супруга.
– Никто не может быть выше законов, – произнес Ловиэль, – суд не будет рассматривать обстоятельства, приведшие к изгнанию Ринатилэль из рода и само изгнание.
По рядам присутствующих эльфов прокатился одобрительный шепоток.
– Фонтирэль, я правильно понимаю, что вопрос об изгнании Ринатилэль должен рассмотреть глава ее рода?
– Ты прав, драк.
– Тогда я рассмотрю этот вопрос сам прямо здесь и сейчас.
– По какому праву? – спросил Ловиэль.
– По праву главы рода. Сестра Ринатилэль является членом моего гнезда. Я нахожу, что посягательство на ее честь и здоровье, совершенное Уривэлем Соавиннэ, было незаконным. Рина только защищалась. Отталкивая Уривэля, она не желала причинить ему вреда, она не могла предвидеть, что он сломает шею при падении. Она невиновна, что делает незаконным ее изгнание из рода.
– Может быть, она сейчас и член твоего рода, но три тысячи лет назад она была членом рода Соавиннэ. Ты не вправе говорить за пресекшийся род! – выкрикнул один из старейшин.
– Я не буду учитывать твое решение, драк Ивелд – поднял руку Владыка Леса, прекращая назревавшую перепалку, – уважаемые главы, все мы слышали слова драка, я призываю вас помочь мне вынести верное решение.
Некоторые эльфы изъявили желание задать вопросы.
– Нам известно, что драконы не лгут, но была ли откровенна Ринатилэль с тобой, драк? Не ввела ли она тебя в заблуждение?
– Ложь смердит. Ее рассказ слышали другие драконы и человеческие архимаги. В ее рассказе не было ни слова лжи.
– Прошло более трех тысяч зим. Почему ваш народ молчал?
