– Мы с тобой по разные стороны закона и этого не изменить, но я не хочу, чтобы мы были врагами. Я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Мы будем сообщать тебе все, что может заинтересовать тайную стражу. Мы способны похитить подозреваемого, или сделать так, что он исчезнет. Визит тайной стражи невозможно утаить, его подельники могут узнать, а так они будут пребывать в уверенности, что все произошедшее – дело рук отребья.
– Чего ты желаешь взамен?
– Не делайте за законников их работу. Я обещаю тебе, что количество преступлений уменьшится.
– Мы договорились, но если ты не сдержишь свое слово…
– Я держу свое слово.
– А вот и болтливый Ивелд пожаловал – прогрохотал Тарлак.
– Ты – молодец – вмешался Архахаар, заметив гримасу недовольства, скользнувшую по лицу короля преступного мира, – старейшины до весны не будут нуждаться в пище. Лапши на их ушах предостаточно.
– Подслушивали?
– Само собой. Тару вот пришлось здесь посидеть, но мы все ему рассказали.
– Ладно, сейчас водички хлебну и иду бить одну остроухую венценосную морду.
– Владыка Ловиэль вынес хорошее решение, чем ты недоволен? – поинтересовалась Кельвирея.
– Он меня подставил. Прям с порога заявил, что это я, видите ли, пожелал устроить это представление.
– Эти остроухие вечно ходят вокруг да около, вместо того чтобы просто хорошенько подраться – примирительно пророкотал Тарлак, протягивая чашу с водой, – самому эти пляски гыкаков надоели.
– Все, с меня хватит – вздохнул Ивелд, возвращая пустую чашу, – больше я в такие игры играть не собираюсь. Понадобится криминал, обращайтесь.
– Ивелд, я буду откровенна с тобой до конца. Я солгала Ловиэлю и Ониэль, когда сказала, что вижу множество вариантов. На самом деле я не видела ничего. Никто из нас не в состоянии обнаружить тебя, даже если ты сам того желаешь. Ты отбрасываешь слишком густую тень, через которую мне не под силу пробиться. Лишь трое из нас, в чьих жилах течет кровь крылатых, способны мысленно говорить с Риной и то, при условии, что она находится далеко от тебя. Я не утаила от тебя ничего, что знала, мы все пытались собрать мозаику из разрозненных сведений, пытались предугадать грядущие события. В чем-то мы оказались правы, а в чем-то ошиблись. Никто не мог предположить, что в защиты Рины выскажется род Лоонавиннэ и никто не мог предположить, что Савнарэль будет говорить от имени нескольких родов. В результате, тебе пришлось лгать и изворачиваться. Мы сделали все, что было в наших силах. Прости, если этого оказалось недостаточно. Правящий род в долгу перед тобой.
– Ладно, проехали. Мне этот суд напомнил сессию в институте. Ну, такое испытание для учеников, когда учитель выясняет, что они запомнили. Я тогда заметил, что нельзя молчать, если ты не можешь ответить на вопрос. К тому же никто не мог заподозрить, что я могу называть черное зеленым. Скоро рассветет, так что у меня мало времени, поэтому буду краток. Савнарэль посмел оскорбить меня и Рину и я это запомнил, я запомнил и остальных, спрятавшихся за его спиной. Со временем, я узнаю их имена, и они все поплатятся.
– Я прошу тебя отказаться от мести, – вздохнула Эллениэль, – я знаю твои возможности и не сомневаюсь, что тебе под силу добраться до них, даже если они никогда не покинут сень маллорнов, и я умоляю тебя не причинять им зла. Они уже понесли наказание.
– И какое?
– Большинство воинов нашего народа принадлежат роду Лоонавиннэ. Лишь в их роду рождаются обоерукие. До сегодняшнего дня их род стоял особняком, не вмешиваясь в политику. Сегодня же, они высказались, тем самым укрепив позиции правящего рода и унизив род Улавиннэ и его союзников. Я уверена, примеру славного рода Лоонавиннэ последуют и другие рода. Тысячелетиями, род Отолариннэ балансировал на грани, а теперь мы твердо стоим на ногах.
– Эллениэль, благодарю за откровенность. Ты пошла против воли Рины, рассказав о ней Ониэль, и, знаешь, это было правильно. На ее колючем кусте начали распускаться цветы. Я не буду пытаться добраться до Савнарэля и его подпевал, но, если они покинут пределы вашего государства, я буду в своем праве. Они живы лишь благодаря твоему заступничеству, Видящая. А теперь, мне нужно найти Рину и Райлингу.
– Подожди, – остановила Ивелда Арея, – я хотела… насчет Райлинги… она одержима жаждой мести.
– Не волнуйся, Рина уже разъяснила ей все необходимое. Мы приглядим за ней.
Задремавшая Райлинга встрепенулась, услышав хлопок закрывающейся двери и зарделась, услышав легкий смешок эльфийки.
– Девочки, сегодня мы идем в какой-нибудь приличный кабак! – провозгласил улыбавшийся Ивелд, – потом, когда их запасы оскудеют, переберемся в следующий.
– Брат, может терпение и есть добродетель, но не сейчас.
– Я сделал все, что мог, Рина. Владыка установил, что Уривэль скончался в результате несчастного случая, и в этом нет твоей вины. Твой приговор пересмотрен, но не отменен, с первым лучом солнца твое изгнание закончится. Прости, но это все, чего я смог добиться. Ты не вправе носить имя Соавиннэ.
– Этого более чем достаточно. Я никогда не смогу отблагодарить тебя.
