В целом занятие «копом» авторы рассматривают «через призму присваивающего хозяйства, являющегося значимой частью экономики в сельских поселениях и небольших городах». По сути, копатели имеют дело с «антропогенными останками предшествующих эпох». Эти останки ничем принципиально не отличаются от природных ресурсов – дикоросов, рыбы, зверя, драгоценных и полудрагоценных камней и проч. Их сбор и реализация становятся источником существования значительного числа жителей «депрессивных территорий». Но и сами по себе эти занятия привлекают определенный тип людей, извлекающих из них не финансовую прибыль, а скорее духовное удовлетворение. Условно, есть рыбаки, которым улов дает деньги на жизнь, – а есть те, кому рыбалка приносит отдохновение и наслаждение. Причем то и другое вполне можно совмещать! Но не в случае с самым распространенным видом «копа» – сбором металлолома («коп по металлу»). Этот вид поиска наиболее маркетизирован, но переживает некоторый упадок после того, как в 2022 г. цены приемщиков металла упали примерно вдвое. Тем более что легкодоступные ресурсы такого рода за годы предшествующего бума уже во многом освоены, и теперь нужно прилагать больше усилий, чтобы заработать даже меньше, чем раньше. Подобный кризис не коснулся других видов «копа», поскольку археологическая освоенность территории РФ совершенно незначительна и поле для «копа по старине» у всех желающих – поистине необъятное. Тем более что эрозия почв, изменение русел рек и прочие природные процессы регулярно открывают перед искателями древних ценных артефактов все новые возможности.
Копателей часто называют «черными», но далеко не все из них именно таковы. Встречаются три вида копателей, различаемых по степени соблюдения законодательства и внутренних этических нормативов копательского сообщества: «черные», «белые» и «серые». Все, однако, отмечают неэффективность действующего законодательства (введено в 2013 г.), которое «не работает». Сточки зрения самих копателей, закон просто плохо задуман, плохо сформулирован и поэтому практически невыполним. Археологи и музейщики, со своей стороны, винят в его неисполнении «ленивых» полицейских и следователей. Поэтому «коп» находится в основном в серой зоне: он не является полностью нелегальным, но и абсолютно легальным – тоже. Санкции за нарушение законодательства слабые, стимулы за его соблюдение – еще слабее. Так что порхание на грани закона для копателей – повседневная реальность. Тем важнее нормы, которые они вырабатывают сами для себя. Среди этих норм есть приметы и обычаи, порой довольно смешные (например, не рекомендуется писать на поле, где намереваешься копать, ибо «удачи не будет»). Но есть и вполне прагматичные и рациональные правила, добровольное соблюдение которых снижает вероятность конфликтов копателей с полицией, археологами, владельцами земли, фермерами и проч. Скажем, разрытые ямы следует зарывать.
«Черными» сами копатели считают не тех, кто нарушает призрачный закон, а тех, кто не соблюдает «обычное право», то есть неписаные нормы копательского сообщества. Авторы замечают, что вероятность несоблюдения правил сильно выше у той части копателей, которая руководствуется преимущественно экономическими мотивами («коп по металлу», прежде всего). Остальные относятся к правилам более уважительно, да и в целом ведут себя с находками альтруистичнее. Скажем, могут подарить их музею или археологам, хотя не любят этого делать и чаще всего не встречают понимания и благодарности с другой стороны. Ведь для археолога любой «коп» – это безвозвратное нарушение целостности культурного слоя, то есть прямой вред науке. А для музейщика, лишенного фондов на выкуп ценных находок и их хранение, – лишь головная боль. Даже если экономические мотивы слабеют по объективным причинам, в «коп» приходят носители четырех базовых личностных характеристик. Это «внутренняя жажда поиска, интерес к находкам вообще»; страсть к коллекционированию; общий интерес к истории; увлеченность одним из видов досуга на природе, от которого довольно быстро переходят к «копу». Кроме самостоятельного интереса к поиску корпус «копателей» пополняется за счет тех, кто попробовал это занятие «за компанию», а начиная с 2014–2017 гг. – и благодаря просмотру видеоблогов и чтению «Яндекс. Дзена», где появилось немало материалов о «копателях» и от «копателей». Антикопательское лобби существует, но его мощь пока невелика, – тогда как тяга людей к «копу», по оценке авторов, неистребима.