Да, я жрал гречку в общежитии и заваривал по три раза чайный пакетик, но меня это не парило. Я придумал первую аферу на стройке, когда Юля рыдала на моём плече и говорила, что препод по русскому без взятки не ставит зачёт. А потом, спеша с вырученными махинацией деньгами к ней, я случайно увидел её вместе с каким-то немолодым козлом. Они выходили из чёрного БМВ, и этот гад лапал мою «богиню» за задницу, а она просто смеялась, словно так и надо было!
Я помню, как похолодевший до уровня трупа, я смотрел в натёртое до абсолютной прозрачности окно, как она садилась с ним за столик, а волосатая лапища с печаткой лезла под её платье. У меня снесло планку.
«Ты не понимаешь! — кричала потом Юля, когда меня после дебоша в ресторане выпустили из обезьянника. — Это известный архитектор! Я сделаю с ним карьеру! А что ты можешь мне дать?! Вот эти цветочки? Мне нужно больше! Я хочу всё!»
Богиня, мать её! Продажная тварь…
Позже я выкупил контору этого «светоча» и выгнал его к хренам. И для себя решил — не хочу больше «высоких чувств», мне секса достаточно. Слишком долго я чувствовал себя так, словно в груди взорвали гранату.
Как сейчас.
Но чёрт! Я двинул кулаком по стене. Я не пацан больше! Отчего же дышать больно, словно внутренности нафаршировали битым стеклом? Я встал и отшвырнул в стену дурацкий торшер. Перевернул кресло. Содрал со стены картину и сбросил на пол. Мне хотелось орать.
Я пах ей! Я весь пропахся Ритой! Надо уничтожить этот проклятый запах! И будет лучше, точно!
Качаясь, как пьяный, я пошёл в душ, влез под струи в чём был. Включил напор на полную. Вода за шиворот, в туфли, жаль, что не в душу. Хрен её отмоешь, когда так наплевали.
Вылез, как побитый пёс. Зло берёт, а сил нет.
Сам себя ударил по морде, чтобы отпустило. Заставил переодеться в другое, с иголочки.
Зазвонил стационарный телефон.
— Да! — зло ответил я, думая, что если это она, не сдержусь, ещё чего-нибудь наговорю.
— Иван Аркадьевич, — послышался вежливый голос девочки с ресепшена, — из конференц-зала просили уточнить, второй кофе-брейк был под вопросом. Подавать сейчас?
— Какой ещё конференц-зал? Какой кофе-брейк? — опешил я.
— Который вы заказывали сегодня через Риту Мостер.
У меня в голову снова ударило кипятком.
— Где этот конференц-зал? — прорычал я.
— На втором этаже, справа от холла. Извините, я не поняла, что с кофе-брейком. Подавать?
— Нет!
— Ой, извините, а аниматором в детской комнате будет тоже Рита Мостер заниматься? Я звонила по оставленному ей номеру, но к сожалению, она не берёт трубку.
У меня округлились глаза.
— Аниматор?! На каком этаже?!
— На третьем, вторая комната налево… — испуганно ответила девушка. — Может, я лучше ей дозвонюсь?
— Нет! — рявкнул я и, как раненый медведь, понёсся на второй этаж.
Больше я юзать себя, как презерватив, не позволю! Я разнесу всё к чертям, а я ей снесу голову! Ну берегись, Рита Монстр!
Я подошёл к лифту, зазвонил мобильный. Как же я ненавижу это чёртово дребезжание! Это был Гастинцев, начальник службы безопасности.
— Что ещё, Михалыч? — спросил я раздражённо.
— Докладываю про ключи. Они есть у всех на руках, кроме продюсера рекламной группы Владимира Стеблуха. Отмазывается, что забыл дома.
— Какой рекламной группы? — не понял я.
— Которые ролик про «Цветы Поднебесья» снимают. Телевизионщики. У них контракт с отделом маркетинга, Инна Бердкович подтвердила. Ваша подпись на договоре есть.
Я нахмурился.
— И ты говоришь, что Стеблух у них продюсер?
— Да. И Лида, девчонка с ресепшена подтвердила, что Стеблух при ней отдал ключ злоумышленнице, то есть Рите Мостер. Она ещё сказала, что они упоминали в разговоре оператора группы Никиту. Там есть один такой — Колесников. Я решил пробить и его.
— И что?!
— Работает оператором студии «Зелёный квартал» уже три года, до этого на местном телевидении, и на Мосфильме. Был сожителем Риты Мостер на первом курсе, потом они разъехались, но продолжают поддерживать дружеские отношения. Владимир Стеблух…
— Тоже сожитель? — у меня ухнуло сердце.
— Нет. Типа общий друг. Он и пристроил Колесникова, когда тот был без работы, в «Зелёный квартал». Во времена студенчества много проводили вместе время, теперь просто поддерживают знакомство. Вне работы встречаются не часто.
— Как ты успел всё это выяснить?
— Прессанул Колесникова.
— А Стеблуха?
— Этот улизнул, сволочь. Но если вам интересно, расскажу, что делала Рита Мостер в вашем здании в пятницу.
— Интересно.
— По словам Колесникова, она пришла за дроном, который является собственностью студии «Зелёный квартал». Дрон она получила. Цель — съёмки фильма в Сочи о колхидском самшите, чтобы скомпрометировать вас, Иван Аркадьевич.
— Об этом я в курсе, — хрипло ответил я.
— Найти её и тоже прессануть?
— Нет. — Горло свело, и я закашлялся. — Что ещё про Стеблуха известно?
— Перекати поле. Зарабатывает то тут, то там. Имеет много связей среди телевизионщиков и богемы, часто этим пользуется.
— Тоже Колесников сказал?
— Он.
