Орсо налил себе ещё компота, сел на подоконник, подперев щёку рукой, и задумался. Голова спрута (она же — тело) в столице: там бросают в тюрьму сторонников мирной политики покойного короля, и сделать это без воли Его свежего Величества нельзя — значит, он в деле (зачем, почему — другой вопрос). Щупальца спрута раскиданы шире: Писци убит в Ринзоре, пограничные провокации обнаружены в Саттине, самоходную боевую машину видели в Кобалье. Это же три главных порта Андзолы: Ринзора — коммерческая гавань, Саттина — военная база, Кобалья — приют морских контрабандистов, никак не желающий забыть о своём пиратском прошлом.
Единственный выход на пограничников здесь — этот нахохленный полковник! Но как к нему подступиться? Через сына? Похоже, они с отцом не очень-то ладят… По крайней мере, так показалось Орсо после беседы с Родольфо, из-за которой они оба пропустили второй акт оперы. В следующем антракте молодой Треппи жестоко за это поплатился. Кара была ужасна: родители, не стесняясь посторонних, долго и громко воспитывали отпрыска за неуважение к высокому искусству. Нет, тут Родольфо мало чем поможет. Вот если бы познакомиться с его сестрой… Судя по бурной ярости родителей, история неудавшейся самоубийцы получила огласку, и если полковник с супругой так давят на сына только за то, что он не поклонник оперы, нетрудно представить, каково приходится дочери… Вот… это уже подобие мысли… её бы ещё немного развить…
В нетерпении Орсо вскочил на ноги и забегал по комнате, щёлкая пальцами не хуже Ады в попытках уцепить за хвост ускользающую идею. Имя, нужно имя! Кто обидел Сильвию? Кто может это знать, кто?!
Девушка влюблена, с возлюбленным у неё какие-то сложности и разногласия, куда, к кому она пойдёт изливать душу? В храм? Нет, только очень верующие и очень старые люди могут найти там утешение… Девушке этого мало! Подруги?.. Возможно! А кто они, как их зовут? Где-то же бедняжка познакомилась с этим сердцеедом — где? На приёме? На балу? Тогда бы все знали его имя. Такое не спрячешь — даже после одного танца с незнакомым мужчиной тебе все косточки перемоют! Где ещё может бывать молодая девушка?
Мысль всё ещё не родилась, но логика действий уже выстраивалась. Орсо решительно собрался (на сей раз прихватив пистолет) и выбежал искать след.
К вечеру он знал намного больше, чем ожидал найти, и такого неожиданного, что вести себя с этого момента нужно было очень осторожно. Каждый следующий шаг мог привести в ловушку, а он ведь просто частное лицо, авантюрист, и никакие могущественные знакомые его из неприятностей не вытащат…
Те же студенты, с которыми Орсо вчера так весело добирался из театра домой, с восторгом приняли предложение продолжить знакомство за обедом и потащили нового приятеля в какую-то насквозь продымленную харчевню, куда они обычно отправлялись «спрыснуть» разного рода удачи. За смешную сумму в пятнадцать анов Орсо в течение трёх часов слушал городские околосветские сплетни, и в том числе услышал ответ на свой вопрос. Юные девы Саттины, которым происхождение не позволяло бегать на танцульки с моряками, а отсутствие своих денег не давало развратиться с размахом, нашли себе доступное светское развлечение — оккультный клуб. Спиритические сеансы, гадания, магические обряды — словом, всё, что прямо запрещала церковь Творца, — было доступно там в проверенном кругу под водительством авторитетного духовидца и медиума по прозванию… брат Родджио.
Пока Орсо переваривал удивительную новость, стараясь выражением лица не выдать своего замешательства, его новые друзья расписывали нравы и обычаи «девического общества» (опять общество! и опять преинтереснейшее!). Помимо руководителя, там бывали и другие мужчины, но крайне редко и только те, кого приводил сам «брат». В остальном же собрание было исключительно женским, и быть приглашённой в него означало войти в круг доверенных лиц здешнего общества девиц и молодых замужних женщин. Из девушек, которые не были замечены в посещении собраний клуба, студиозы назвали только сестёр Костицци. Сильвия же Треппи бывала там в последние месяцы постоянно — это студенты знали от своих сестёр и подружек.
За столом говорили о чём-то ещё, Орсо кивал, делая вид, что слушает, но в голове его уже крутились возможные планы. В это общество ему уже нет никакой дороги, значит, и соваться туда, вызывая подозрения, нечего. Придётся идти к Сильвии — теперь у него есть что ей сказать! В конце концов, девушка страдает, а «дама в беде» — отличный мотив для авантюриста.
Когда он вернулся в гостиницу, Ада была ужа там — что-то стирала в медном тазу:
— А, дорогой воспитанник! Охота была удачной… я надеюсь?
— Откуда вы знаете об охоте? — привычно удивился Орсо.
— У тебя такой вид, будто ты выслеживал куличка, а поднял кабана, — улыбнулась женщина, отряхивая руки от мыльной пены. Орсо взглянул, что она стирает, и обомлел: пена была бурой, а недостиранный рукав блузки опекунши пятнала кровь.
— Это что?..
