— Я же говорила: убежала по делам, — Ада отбросила упавшую на лоб чёрную прядь и снова склонилась к тазу. — Да не переживай, это не моя! Если бы у меня было больше времени, я бы, конечно, не стала ничего от тебя скрывать. Но бежать надо было срочно…
— А… почему не отдать прачке? — спросил было Орсо, но тут же сам понял, почему. Ада понимающе кивнула:
— А ты думаешь, почему я учусь всё делать сама? Готовить, стирать, шить, чистить коня… И тебе советую, кстати! Мало ли как жизнь повернётся.
— И ужин сегодня тоже варим сами? — поддел опекуншу воспитанник.
— Ни в коем случае! Я старая усталая женщина, сегодня будешь кормить меня в лучшем заведении, которое сможешь найти, — в тон ответила Ада, отжимая рукав. — Ну вот, следы заметены, переодевайся и идём ужинать. Или, — она внимательно глянула на юношу, — сперва хочешь поделиться уловом?
— Я нашёл брата Родджио, — просто сказал Орсо. — Ваши сведения были верны: он тут охмуряет местных благородных девиц.
— План уже имеется? — Ада заправила в причёску выбившиеся пряди, раскрыла шкатулку с украшениями и взялась придирчиво выбирать жемчужные нитки, на взгляд Орсо, совершенно одинаковые.
— Как сказать… — Орсо задумчиво переложил пистолет из правого кармана в левый, подумал и вернул всё как было. — Я хочу подобраться к этому брату на расстояние удара в челюсть и вытрясти ещё хоть какие-то подробности: что они здесь устроили?
— Помочь? — Ада решительно закрыла шкатулку, так и не выбрав ожерелья.
— Нет, — твёрдо отказался Орсо. — Не стоит вам охотиться на такую мелкую дичь. Вот когда потянется вся сеть, тогда…
— То есть план в том, чтобы выследить крупную рыбу, а мне предложить поохотиться на рыбака? — Ада надела плащ, поправила шляпу. — Идея неплоха… Обсудим, когда вернёмся!
Орсо и сам осознавал, что в его замысле многовато авантюризма, но он честно продумал другие варианты и все их один за другим отверг. Здесь у него нет ни знакомств, ни помощников, ни связей — опереться не на кого, всё придётся делать одному, разве что Ада поможет советом… В этом Ада, конечно, не отказала, но она и сама разбиралась в ситуации не слишком хорошо — Орсо узнал, пожалуй, даже побольше.
Встретиться договорились у Адиных новых знакомцев: оказывается, с утра она убежала на помощь местным бродягам, ещё даже не зная толком, с чем ей придётся встретиться. Просто увидела на улице женщину, одетую в обноски: её потерянный вид говорил, что ей нужна помощь, а каменеющие лица прохожих, которые встречались с ней взглядом, — о том, что от них ей помощи не дождаться… Ада выскочила на улицу — и сразу же впуталась в городскую политику.
В Саттине ещё с осени застряли пассажиры потерпевшего крушение судна с острова Ноли. Старенький полусгнивший шлюп возил туда и обратно островитян, желающих закупить в Андзоле сравнительно дешёвый алкоголь и лекарства — проще говоря, мелких спекулянтов. Прокормиться на острове и в самом деле было практически нечем, так что легальный (с Ноли у Андзолы была открытая граница) подвоз вполне качественных товаров был довольно прибыльным делом. В очередной рейс судёнышко просто развалилось от старости на рейде торговой гавани Саттины, и спасшиеся с него люди — пассажиры и команда — оказались на берегу без денег, почти без вещей и, главное, без всякой надежды вернуться домой. Консул Ноли бесплатно даже пальцем не шевельнёт — у него здесь более важные интересы, чем благо сограждан! Саттинским властям тем более не было никакого дела до жертв кораблекрушения — спасибо и на том, что позволили остаться. Так они и прожили осень и зиму, обитая в старом пакгаузе и перебиваясь подёнными работами. Была надежда, что весной, после открытия навигации, с острова придёт другой корабль и бедолаги хотя бы дадут знать домой, что они живы! Но тут в преддверии войны комендант коммерческой гавани велел разобрать все ветхие здания в порту, и сарай, служивший приютом двум десяткам бездомных, разрушили, а его обитателей с помощью полиции выгнали на улицу. В стычке с полицейскими двое матросов были ранены, но ожидать помощи от саттинцев не приходилось…
