В рамочном документе Россия и США заявили о намерении сократить почти в два раза количество ядерных боезарядов — до 1,5 тысяч единиц и их носителей до 0,5–1,1 тысяч единиц. Этот документ был подписан в рамках визита Президента США Б. Обама.
Далее в ходе состоявшихся еще трех раундов переговоров на уровне экспертов и рабочих групп отрабатывались конкретные статьи будущего договора.
23 сентября 2009 г. в Нью-Йорке президенты России и США Д. Медведев и Б. Обама провели двусторонние переговоры, на которых обменялись своими оценками того, как продвигается работа экспертов по подготовке нового договора по СНВ. После встречи Президент России Д. А. Медведев сообщил, что работа по подготовке нового договора по СНВ продолжается. Из хронологии повествования переговорных процессов не сложно определить те события, которые имели свое завершение, а также выделить события, которые остались в «подвешенном» состоянии по причинам «несговорчивости» противоположной стороны. Почти три десятилетия американцы, «пестуя» свои СОИ — ПРО, любыми путями стремясь не участвовать в договорных отношениях по этому классу вооружения, настойчиво продолжают размещать свои радиолокационные станции (РЛС — важный элемент ПРО), все ближе и ближе продвигаясь к границам России. США уже возвели систему РЛС (Великобритания, Германия, Гренландия, Турция, Аляска) и предпринимают усилия по размещению РЛС в Чехии и Польше. При таком подходе США к сокращению вооружений иногда напрашивается вопрос: «А где же у них остаются договоренности по снижению уровня ядерного противостояния?» Можно представить себе тот технический уровень, которого американцы стремятся достичь в результате такого «опутывания» России кольцом подобных «современных» систем РЛС. Но неужели они серьезно надеются достичь какого-то значительного перевеса сил в свою пользу? (В России имеются равносильные средства противодействия.) Наши дети, внуки живут своей интересной жизнью (думаю, что и в США то же происходит) и уверены в том, что их отцы и деды обеспечат им мирную жизнь. Поэтому никому не надо забывать о той ответственности, которая возложена на нас за будущее детей.
Изначальный настрой на мирное разрешение возможных конфликтов среди отдельных групп населения (с учетом «горького» опыта моих родственников в период предыдущих революционных перемен в России) всецело поддерживался оперативными сотрудниками отдела, которые с честью справились с возложенными на них ответственными обязанностями. Это — подполковники О. В. Трегулов, Ю. Н. Буряк, Н. А. Алексеев, Ю. Ю. Басалаев, А. П. Мазин, С. Б. Шевченко, И. П. Берсенев, майоры А. Д. Никонов, С. Д. Дюнин, Ю. М. Горшенев, И. Н. Бусько (переведен был в Белоруссию, где, успешно пройдя многие должностные ступени, получил звание генерал-майора), ст. прапорщик Н. П. Шабаловская.
Большую помощь нашему отделу оказывали взаимодействующие структуры МВД, ФСБ, органов власти.
Особую признательность выражаю за своевременную и полезную помощь в совместной работе генерал-полковнику В. Н. Савину (командующий войсками Северо-Западного округа ВВ МВД, затем — главком ВВ МВД РФ), капитану I ранга А. П. Романенко, полковнику В. И. Черепянскому (начальники Особого отдела ФСБ по Северо-Западному округу ВВ МВД), а также представителям других структурных аппаратов — генерал-лейтенанту Ю. П. Демик, генерал-майору М. И. Гей, полковникам А. П. Конташову, С. В. Рац, Ю. Н. Бабушкину, А. Д. Филатову, В. Г. Широкову, В. А. Кнырикову.
При всем разнообразии моей и служебной, и общественной деятельности все-таки большая часть наиболее активной жизни относится к периоду службы в органах военной контрразведки в РВСН. И, основываясь на своем опыте работы, хочу отметить, что военная контрразведка — это прежде всего искусство организации оперативной работы среди разных категорий военнослужащих, особенно тех, которые непосредственно находятся у пультов управления ракетно-ядерным оружием и которые в силу своих обязанностей проводят ответственные технологические операции на боевой технике.
