Открыв шкаф, Роксана изучила его содержимое. Выбрала ядовито-розовое платье из громуара [1], очень открытое, с корсажем, усыпанным мелким шерлом [2].
— Наденьте это! — приказала она. — И не вздумайте скромничать! Накрасьте губы ярче, побольше румян, украшений. Вы должны поразить графа!
— Мама, но ведь это дневной визит, — запротестовала Эстелла, вспомнив, как в школе Святой Терезы ей внушали: утренний и дневной наряд должны быть скромными, а обнажать плечи и грудь можно вечером и то лишь на балу при свете канделябров. — Это платье бальное. Кто же встречает гостей днём в вечернем туалете?
— Не сметь мне перечить! — рявкнула Роксана. — Вы должны меня слушаться. Граф не просто гость, он ваш будущий муж. Он любит ярких женщин и глубокие декольте. Вы должны показать ему себя во всей красе, иначе он передумает на вас жениться и вы останетесь без жениха.
«Хорошо бы», — угрюмо подумала Эстелла. Но деваться ей было некуда, и, когда Роксана ушла, Эстелла надела выбранный ею наряд. Она знала: это платье сидит на ней восхитительно. Девушка зачем-то купила его в Байресе, но ни разу не надевала. Платье обнажало плечи, спину и часть груди. Хвост юбки, ниспадая водопадом, волочился по полу. Эстелла любила экстравагантные туалеты, чувствуя себя в них легко и уверенно, но в нормальности матери она усомнилась. У Роксаны явно что-то с головой, раз она хочет продать дочь старому извращенцу, точно скаковую лошадь.
«Данте, счастье моё, забери меня отсюда!», — про себя взмолилась девушка в ту секунду, когда в комнату вбежала Либертад с сообщением о прибытии женишка. Еле передвигаясь из-за тяжести шлейфа, Эстелла спустилась вниз.
В гостиной уже собралась вся семья: Роксана в платье цвета верблюда [3] с жемчужным соутаром [4] на шее; Мисолина в абрикосовом платье и с волосами, укрытыми сеточкой; и Арсиеро с Эстебаном, разодетые по последней английской моде: во фраках, жилетах и длинных кюлотах. Не было лишь Хорхелины — ссылаясь на мигрень, она отказалась от участия в семейном мероприятии.
— Добро пожаловать, Ваше Сиятельство! — Роксана подала руку морщинистому человечку в очках и жилете, натянутом на пузо, как на барабан. Его три седых волосинки были напудрены и завязаны в хвостик, а нос касался кончиком верхней губы. Старик приосанился, шаркая короткими ножками, и поцеловал Роксане запястье, пожал руки Арсиеро и Эстебану. Мисолина и Эстелла присели в поклоне.
Стуча о паркет деревянной тростью-палкой, жених дотащился до канапе и вскоре уже попивал чай, полулёжа, точно султан. «Ну и развалина! — подумала Эстелла. — И куда ему жениться, он же еле ползает?».
Либертад принесла угощение: бисквиты, тартинки, корзиночки с кремом, пирожки с цукатами и вафли. Уходила, возвращалась, убирала грязные чашки и блюдца и ставила новые.
Уже через пятнадцать минут Эстелле захотелось сбежать. Роксана расхваливала её, как товар на базаре, только что ценник не повесила. Граф де Пас Ардани произвёл на девушку впечатление неприятное. У него тряслись руки и он постоянно причмокивал, не сводя с эстеллиного декольте крошечных серых глазок.
«Боже, пусть это быстрее закончится! — молила про себя Эстелла. — Хоть бы он подавился чем-нибудь!».
Ни Арсиеро, ни Роксана внимания на Эстеллу не обращали, беседуя с графом. Эстебан был взвинчен и то и дело поглядывал на часы с цепочкой, вынимая их из кармана. С дедом он не перемолвился ни единой фразой, кроме приветственных слов. Зато Мисолина самодовольно потягивала из чашечки чай. Эстелла заметила, что старик, помимо неё, ещё и на Мисолину поглядывает. Да он просто маньяк, охотник на молоденьких девушек! Эстелле захотелось графа ударить по голове его же тростью; Мисолина же не ничего не видела — так радовалась несчастью сестры.
Наконец, прозвонил колокол у входа. Все мышцы Эстеллы напряглись. А что если это Данте?
Урсула, открыв дверь, возвратилась в гостиную.
— Сеньоры, там молодой человек, — объявила она. — Пришёл к сеньору Арсиеро и сеньоре Роксане.
У Эстеллы в висках застучало. Роксана недовольно сжала губы.
— Урсула, будь любезна, скажи, что мы не можем принять его сейчас, — велела она. — У нас гость. Пускай приходит в другой раз.
— Но дорогая, — остановил её Арсиеро, — сначала надо узнать кто это. А вдруг он принёс важное сообщение?
— Не может быть ничего важнее брака нашей дочери и Его Сиятельства графа де Пас Ардани, — Роксана искусственно улыбнулась старикашке.
— Роксана, это нехорошо — влез Эстебан. — Как супруга алькальда и первая дама, вы не можете выставлять визитёров за порог, даже если это простолюдины.
— О, если это из-за меня, то не стоит, не стоит, — сказал граф дребезжащим голоском. — Я люблю большие компании и буду счастлив, если новоприбывший гость присоединится к нам.
— Урсула, так кто же к нам пожаловал? — спросил Арсиеро.
— Это Его Сиятельство маркиз Маурисио Рейес!
Эстелла скрипнула зубами.
— О! А я наслышан об этом молодом человеке! — встрепенулся старик. — Хотелось бы с ним познакомиться.
— Урсула, пригласи Его Сиятельство, пусть проходит! — велел Арсиеро.
Роксана явно растерялась, но не посмела возражать.
