— О, больше всего в жизни я ценю справедливость! — кошка помахала пушистым хвостом. — Мне кажется, ты обозлилась на весь свет, даже на тех людей, что тебе ничего не сделали. Вот я и подумала, может, стоит направить твою неуёмную энергию, которой у тебя хоть отбавляй, в иное русло? Например, вместо того, чтобы мучить бедных девочек, упиваясь властью над ними, ты могла бы побороться с достойными соперниками. Могла бы выяснить истинную причину смерти Бласа, вернее, выяснить, кто тебя хотел убить в тот день. И ещё кое-какие семейные тайны. Поверь, в этом доме много скелетов пылится в шкафах, и их не помешало бы оттуда вытрясти. Ты могла бы это сделать, потому что ты очень изобретательна и умна, но только ум свой ты расходуешь не туда, куда надо. Твои дочери не виноваты в том, что тебе не пришло в голову сходить в аптеку и купить травку, дабы вызвать выкидыш. Они не виноваты, что ты их родила. И не виноваты в том, что ты их не любишь. Оставь их в покое, они уже взрослые и не такие глупые, как тебе кажется.
Роксана в задумчивости прошлась по гостиной туда и обратно.
— Я не понимаю лишь одного: что тебе надо? — спросила она. — Как и в тот раз, так и сейчас я не понимаю, какое тебе до меня дело? Сначала кажется, что ты хочешь мне помочь, но потом выходит, что это не так. Эй, ты где?
Роксана покрутилась по сторонам, но говорящей кошки уже и след простыл. Она исчезла также неожиданно, как и появилась, оставив Роксану в одиночестве.
Венчание и свадебный бал Эстелла провела как в бреду, в таком душевном состоянии она находилась, да и физически была измотана — всю ночь накануне проплакала, а после шла к алтарю, принимала поздравления, танцевала на балу: с Маурисио, с Арсиеро, с дядей Эстебаном, с дядей Ламберто, с дедушкой Лусиано.
Последние приехали утром. Радостные, поздравляли Эстеллу и её семейство с удачной партией, а Эстелла отводила глаза, дабы дядя и дедушка не прочитали в них боль.
Перед венчанием дядя Ламберто наведался к Эстелле в комнату. Пока Анри, парикмахер-француз, сооружал невесте причёску, Ламберто развлекал её болтовнёй о пустяках. Рассказывал о том, что она должна будет гордиться Маурисио, всегда его хвалить за успехи и поддерживать в любых начинаниях — мужчины это обожают.
Эстелла пропускала эти советы мимо ушей. Во-первых, на Маурисио ей было глубоко наплевать. Во-вторых, дядя Ламберто виделся Эстелле каким-то безалаберным. Тоже советчик выискался, сам ни разу не женат и никогда не был. И, по всей видимости, не собирается, ибо из рассказов Берты Эстелла знала — дядя Ламберто ещё тот повеса. Развлекается напропалую с самыми дорогими столичными кокотками, и многие женатые мужчины ему завидуют, ведь он не связан обязательствами и не страдает от этого. Даже детей у него нет. По крайней мере, о их наличии никто не слышал. И какого чёрта этот человек даёт ей советы? Смешно.
Эстелла отвлеклась на созерцание причёски, которая, наконец, была готова. Оставалось лишь прицепить к ней фату.
Анри ушёл. Урсула собирая шпильки, раскиданные по всей комнате, складывала их в серебряную коробочку.
— Эстелла, а что это за рисунки? Откуда они у вас? — вдруг спросил дядя Ламберто, указывая на пачку пергаментов на комоде.
— Это я рисовала, — машинально ответила Эстелла.
— Вы? Очень здорово! Да у вас талант! Вы никогда не хотели стать художницей?
— Нет, — наморщила носик Эстелла, — я всегда хотела стать лекарем.
— Лекарь — полезная профессия, — задумчиво сказал дядя. — Но для женщины редкая. Да и к этому должно быть призвание, как и к любой другой деятельности. Вот к художеству у вас явно есть призвание. А на счёт лекаря... Вы уверены, что вам оно надо? Немощные люди, заразные болезни... бррр... Неприятная профессия на мой взгляд.
— Не знаю, я всегда хотела учиться на лекаря. Но сейчас навряд-ли это возможно.
— Почему? У нас с дедушкой много связей, мы могли бы устроить вас в университет. В столицу. Вы бы там учились, а жили бы в нашем доме. Он у нас большой, а народу там мало.
— Вы забыли, дядя, что сегодня я выхожу замуж? — напомнила Эстелла. — Навряд-ли мой муж позволит мне учиться и тем более жить в Байресе.
— Глупость какая! Он бы мог туда переехать вместе с вами. Он же молодой, образованный человек, он не должен быть против. Я с ним поговорю. Но вы подумайте, Эстелла, на счёт профессии художницы. Я вам серьёзно говорю, у вас талант.
— Ох, не выдумывайте, дядя! — отмахнулась Эстелла.
— Давайте поспорим. Что если я возьму один из ваших рисунков и покажу знакомому художнику, моему другу?
— Делайте что хотите, дядя.
— Прекрасно! Вот увидите, мой приятель придёт в восторг!
