Но сегодня всё вышло из-под контроля. Когда Маурисио, посрывав с Эстеллы одежду, стал гладить девушку, по телу её побежала истома. Движения его сделались вкрадчивыми, пальцы мягкими и будто удлинились. И Эстеллу окатила волна наслаждения. Вслед за ней пришло чувство стыда и вины перед Данте. Она его предаёт. Она не специально, но ей нравятся ласки другого мужчины. И это отвратительно. Всё сильнее кутая лицо в одеяло, Эстелла плакала, мысленно просила у Данте прощения, но ничего не могла с собой сделать. Тело перестало её слушаться — оно жаждало продолжения, хотя сердце и разум сопротивлялись. Маурисио никогда не был нежным — был либо холоден, либо груб. Но сейчас он покрывал Эстеллу поцелуями, хотя раньше уверял, что терпеть не может целоваться. Что это с ним? Если бы она не знала, что это он, Маурисио Рейес, она бы поклялась, что это другой человек.
Когда Маурисио сделал её своей, Эстелла едва удержалась, чтобы не погладить его по спине. Вцепилась ногтями в простынь и сжала зубы. Проклятье! Почему ей так хорошо? Ведь это не Данте, не её Данте! Маурисио не говорил ни слова, а Эстелла, вместе с болезненным наслаждением испытывала горечь и не могла дождаться конца. Маурисио обычно не уделял ей больше пятнадцати минут, получал свою порцию удовольствия и уходил, наплевав на её ощущения. Сегодня всё было долго, и впервые рядом с ним Эстелла ощутила себя желанной и любимой. Он даже стащил с её лица одеяло и поцеловал в губы. Губы его были мягкие и солёные, на лицо Эстелле упали слезинки, и Маурисио тотчас скатился с неё.
— Нет, это уж слишком, ну сколько можно? — пробормотал он. Вскочил и убежал.
Свернувшись в клубок, Эстелла зарыдала в голос. Ей было стыдно. Хотелось отмыться, содрать с себя кожу, а потом найти Данте, упасть перед ним на колени и вымаливать прощение.
— Прости меня, Данте, родной мой... прости, я не хотела... Я люблю только тебя, я не знаю, почему так вышло... — она плакала, корила себя, рвала на себе волосы. Как она могла получить удовольствие от близости с Маурисио? Что с ней, она с ума что ли сошла? Она его ненавидит, этот мерзкий, ужасный человек шесть лет над издевался. А нынче ей понравилось. Она предала Данте, предала их любовь. Если он узнает, он её не простит.
Эстелла ещё долго долбилась лицом в подушку, затем, убежав в ванную, натёрла кожу до покраснения. Она и в зеркало не могла смотреться — так была себе омерзительна. И ей пришло в голову себя наказать, чтобы искупить вину перед Данте.
Поутру Эстелла натолкала себе в туфли битого стекла. Ходила она в них до вечера, пока Чола не заметила, что с туфель хозяйки капает кровь. Служанка тотчас доложила Маурисио, и тот, ругаясь на чём свет стоит, заставил Эстеллу туфли снять.
— Вы что совсем идиотка? — вопил он, вытрясая из шёлковых туфелек окровавленные стекляшки. — Как вам в голову это только пришло?
Эстелла безэмоционально пожала плечами. Чола до ночи выковыривала из её израненных ножек стекло. Забинтовала ей стопы, и три дня Эстелла лежала в кровати. Но сама она сочла, что такого наказания недостаточно. Поэтому всю следующую неделю Эстелла морила себя голодом — пила только воду, пока не упала в обморок, да ещё и получила расстройство желудка.
Зато Маурисио теперь не приставал с супружеским долгом. Эстелла решила: когда он снова к ней явится, она ни за что не поддастся. Пусть лучше он её в очередной раз изнасилует, пусть ей будет больно, но так её тело хотя бы не предаст Данте. Но Маурисио избрал тактику игнорирования, заявляя, что теперь будет с ней спать, лишь когда она сама попросит.
— Вы думаете, я буду вас об этом просить? — дьявольски захохотала Эстелла. — Да я скорее проглочу горящий факел! Добровольно я с вами не лягу и точка. Если вы хотите чего-то добиться, вам придётся взять меня силой.
— Не пойму я, чего вам надо, — почесал Маурисио переносицу. — Иногда мне кажется, что у вас не все дома. Вы хотите, чтобы я вас изнасиловал? Не дождётесь. Я вот, например, хочу, чтобы вы меня полюбили.
— И не мечтайте! — злобно сверкнула глазами Эстелла. — Я вас ненавижу! Чем полюбить такое чудовище, как вы, лучше съесть живого паука.
— Это мы ещё посмотрим, — пообещал Маурисио, закрывая за собой дверь.
Эстелла в ярости запустила ему вслед фарфоровой вазой, пузатой и низкой, украшенной птицами. Та разбилась об архитрав, и осколки дождём посыпались на пол.
Эстелла растерянно глядела на остатки вазы. По ним скакал солнечный зайчик. Надо срочно искать Данте и бежать, бежать подальше. Можно попробовать выбраться из Ферре де Кастильо, минуя городские ворота. Она должна действовать! Нельзя сидеть сложа руки. Что если Маурисио добьётся своего? Вдруг она в него влюбится? Нет, такого быть не может! Но ведь ей понравилась та ночь с ним. А что если ей понравится и в следующий раз? Нет, она не может оставаться в одном доме с Маурисио! Есть только два выхода — побег или смерть. Иного пути ни для неё, ни для Данте, ни для их любви нет.
====== Глава 34. Тень ужаса ======
