— За что… — треснувшим голосом спросил он. — За что, Лира?! Почему именно мой сын?!
— Не только твой сын был болен. Все дети Дома Надежды умирают… — слабым голосом отозвалась она, не в силах посмотреть на брата. — Мне это сообщил Ривз.
— Как?
— Сама Тьма помогла нам, — тихо выдохнула она. — Я не знаю, что произошло, но теперь мы можем слышать друг друга, находясь в первичной материи, — она медленно повернулась и, присев возле брата, взяла его за плечи, заставляя посмотреть на себя. — Ты возвращаешься с отрядом в Нижний, — твердо произнесла она. — Хватит бездействия и глупых скитаний!
— Я не понимаю тебя, Лира… сейчас не время…
— Лиардус! Половина детей Дома Надежды мертвы! Пока мы тут гоняемся за призрачными целями, смысл которых и сами не пониманием, они умирают. Тьма из Кару стала уходить в два раза быстрее! — Яростно произнесла она. — Возвращайся в Нижний мир, — более спокойно закончила Лира.
— А ты?
— Я… у меня другой путь, брат.
— Ты планируешь отправиться с Ривзом на поиски Велкона, — не спрашивая, а утверждая, проговорил Лиардус. — Это… Лира, Наследника может быть и простят, но ты и Ривз… Для вас это будет означать смерть, даже если вы перейдете на сторону Серых, это все равно ничего не решит. Травля прекратится, но…
— Это будет решать Совет Древних.
— Впервые вижу, чтобы ты тешила себя глупыми надеждами, — чуть удивленно проговорил он. — Совет, конечно, сможет вас оправдать, если будут представлены доказательства, но ты не хуже меня знаешь, один шанс из миллиона, что это получится!
— Не надо, брат, — тихо попросила она.
Лиардус смотрел в черные глаза своей сестры, в которых вместо так привычной для него решительности сейчас затаилось отчаяние.
— Мы встретимся…
— Не знаю, — покачала она головой.
— Мы встретимся! — обняв сестру, уверенно проговорил он, затем, разомкнув объятия, поднялся.
Лира сжала руки в кулаки и, зачерпнув ладонями снег, вытерла лицо колючими холодными снежинками.
— Как будем уходить? — спросил он.
— Через день Ривз с небольшим отрядом устроит, так сказать, небольшую диверсию, — вставая рядом с братом, надломленным голосом произнесла она. — Вследствие чего искажение реальности будет на время снято, поэтому действовать будем быстро, — наконец-то справившись с эмоциями, решительно сказала она. — Так что ты прав, пора нам отсюда уходить. Спустимся в Горневую долину, и уже там будем ждать сигнала от Ривза.
— Да поможет нам Тьма, — выдохнул Лиардус.
Гроза, начавшаяся еще днем, к вечеру только усилилась. Ветер словно живой завывал в подворотне небольшой гостиницы и бил в окна маленькими ледяными шариками. В темной комнате было холодно и сыро. Агадайя лежала на кровати, стоявшей возле окна, укрытая тонким шерстяным одеялом. Рядом с ней, присев на самый край, находился Марк.
Горьев осторожно промокнул полотенцем капельки пота, проступившие на холодном лбу вампирши. Повязка на ее левом боку вся была пропитана кровью, а многочисленные порезы никак не хотели заживать, и как бы ни старался Марк их залечить, у него ничего не получалось.
— Агадайя… — тихо выдохнул он, не в силах смотреть на то, как она умирала буквально на его глазах, не желая принять помощь.
— Все нормально, — прошептала она. — Просто… не уходи.
— Не уйду, — заверил он, легонько сжав ее пальцы в своей руке.
Агадайя тяжело дышала, находясь в странном сонном состоянии. Из груди вампирши вырвались хрипы, переходящие в кашель.
— Зачем ты так?! — воскликнул он, отвернувшись. — Ведь я могу помочь тебе!
— Нет, — твердо проговорила она, и в ее черных глазах мелькнула решимость.
— Ты не хочешь быть мне обязанной? — боясь услышать ответ, спросил Марк.
— Нет, конечно, — слабо улыбнувшись, ответила Агадайя.
— Но ведь Милена… — начал он, но она, приложив к его губам тонкие пальцы, заставила замолчать.
— Там было все по-другому, — покачала головой вампирша. Затем, словно собираясь с мыслями, прикрыла на мгновение глаза. — Когда Милена спасла меня, она была человеком.
— Человеком? — удивленно переспросил он. — Но как?!
