Тем более возвратившийся домой брат дедушки рассказывал: «Мы были в одной части, и помню бой, после которого я его потерял. Начался артобстрел, потом немцы пошли в атаку, а наша часть отступила…»
От зари до зари продолжалась работа: сначала в колхозе, а затем на крохотном огородике, чтобы на столе всегда была свежая зелень и овощи. Техники не было никакой: либо разбита в ходе военных действий, либо на фронте. Откуда-то с южных областей привезли волов и несколько верблюдов – это и была основная тягловая сила. Случалось, даже на коровах пахали… Образование получили в основном начальное – некогда да и не в чем было в школу ходить. С четырнадцати лет дети шли на работу в колхоз, помогали в уборке урожая, возили солому с полей, оставались ночевать на полевом стане, чтобы не опоздать к утренней смене. На хрупкие женские плечи непосильной тяжестью легли заботы по воспитанию многодетной семьи, но всё выдержала русская женщина, вывела всех в люди. Так ковалась Победа в тылу и на фронте…
Я родом из Советского Союза, пережившего страшную войну, как и все односельчане, так или иначе, пострадавшие от этого тяжкого испытания. Мальчишкой, бродя по окрестностям хутора, я часто находил стреляные гильзы, пули со следами коррозии, а однажды отыскал снаряжённый боеприпас с интересной формой пули.
«Это итальянский патрон от винтовки», – пояснил отец.
Он знал толк в вооружении: ему было двенадцать лет, когда началась война, после окончания военных действий в оврагах и окрестных балках отыскал три винтовки, которые впоследствии конфисковал участковый оперуполномоченный. Долго в семье хранились немецкий штык-нож и нож, выточенный из сломанной казацкой сабли, их использовали в хозяйственных нуждах.
Вездесущие мальчишки, играя в войну, часто находили ржавые немецкие каски, гильзы от крупнокалиберного оружия и пушек. В пятидесятые годы, за неимением керосиновых ламп, использовали коптилки из использованных артиллерийских снарядов. Некоторые из находок впоследствии оказались экспонатами экспозиции в школьном музее, посвящённом времени Великой Отечественной войны. Так из личного опыта и рассказов отца и матери сформировались сведения и факты о том страшном периоде – сороковых годах двадцатого столетия.
Каждый раз, стоя у обелиска павшим односельчанам на 9 Мая, раз за разом вспоминаешь, какой ценой завоёвана Победа. Чем дальше от весны 45-го, тем меньше ветеранов. После семидесятилетнего юбилея остались только дети войны, которые неторопливой походкой идут к мемориалу.
В школьном музее среди экспонатов хранится фото моего деда, как и фотографии всех тех, кто принимал участие в боевых действиях. Каждый год в День Победы мой дед участвует в шествии Бессмертного полка. Никакая изоляция во время COVID не смогла нарушить это правило. Просто непобедимый полк шагал онлайн.
Спустя годы среди экспонатов школьного музея появились имена новых героев. Это участники специальной военной операции, которые отстаивали право на существование Русского мира.
Спецоперация на территории Украины – это не только боевые действия, ежесуточные дежурства, наблюдение за врагом и огромная интеллектуальная работа десятков и даже сотен офицеров и бойцов, что отслеживают передвижения противника, определяют цели и тактику действий как на всем фронте, так и на отдельных её участках. Это ещё и особая жизнь, повседневный быт бойцов и офицеров на линии фронта и в ближайшем тылу. Об этом не показывают по телевизору, не пишут в новостях и статьях. Но это то, что составляет весьма существенную часть жизни всех – от высших офицеров до командиров взводов и рядовых солдат.
Любой здесь, на линии боестолкновений, скажет вам, что погода и время года значительно влияют на все: гигиену, еду, сон, отправление естественных надобностей. Летом нестерпимо жарко в полной экипировке, зимой холодно без тёплого блиндажа, осенью – дожди и слякоть, весной – таяние снега. Вроде бы обычные вещи. Но всё это имеет совсем небанальное значение на линии боевого столкновения и вблизи неё. Многое зависит от умения обустроить минимальный комфорт или, наоборот, невозможности этого. Просто в лесополосах, где находятся наши бойцы в опорных пунктах обороны, невозможно создать комфортные условия, привычные не только городскому, но и сельскому жителю.
Да и противник не дремлет: обстреливает позиции бойцов из артиллерии и миномётов, и часто случается, что построенный блиндаж или баня уничтожается при обстреле. Землянка у переднего края обычно узкая, метра полтора шириной и метра четыре длиной – даже не помещение, а нора. Три четверти её занимают нары, рядом ящик из-под снарядов, на нём нехитрый паёк с обязательной пачкой чая.