Сначала я не обратил на нее внимание, ведь вокруг полно собак. Но когда собака приблизилась, она оказалась размером с пони. Да и на собаку животное не очень-то походило. У него была короткая вьющаяся шерсть и чрезвычайно длинные ноги, которые с поразительной скоростью несли его вперед. И эта тварь приближалась ко мне. Я остановился и в изумлении смотрел, как она перемахнула забор для скота, не замедляя бега. Нужный мне переулок начинался всего в нескольких ярдах отсюда. И тут пес, если это был пес, конечно, заметил меня. Он развернулся, прижал уши, обнажая невероятно длинные клыки, и зарычал.
Я стоял как вкопанный, сердце у меня колотилось. Собака рычала громко и грозно, шерсть у нее на спине встала дыбом. А я словно прирос к земле, слишком испуганный, чтобы шевелиться. Тварь, не переставая рычать, свернула в переулок и умчалась прочь. Туман от реки моментально скрыл ее. Но я успел заметить на шее собаки странный ошейник из железной цепи — явно старинной работы, с квадратными звеньями ручной ковки.
Несмотря на то, что я никогда в жизни не видел такой огромной собаки, я успокоил себя мыслью о том, что она просто сбежала у кого-то из конуры. Именно так, и никак иначе.
Несколько дней спустя я сидел у окна и пил чай. На улице шел дождь. Я выглянул во двор и заметил на лужайке что-то коричневое и лохматое. В сумерках я не сразу понял, что вижу. Мне показалось, что это свинья, но она не очень походила на знакомых мне свиней… Тело длинное, худое, шерсть темно-рыжего, даже, скорее, просто коричневого цвета, изогнутые клыки, торчавшие по бокам узкой морды, хвост, самое главное — хвост, который торчал вверх на манер флагштока.
Я прижался лицом к стеклу, и оно тут же запотело, а когда я протер окно, там никого уже не было. Но что-то я определенно видел.
На следующий день на Терл-стрит я встретил волка.
В тот день я устал сидеть взаперти, и уже совсем вечером решил выйти на улицу. Фонари горели, некоторые магазины уже закрылись. Я отправился на крытый рынок. Мне надо было взять хлеба. На обратном пути я свернул на Терл-стрит, это такая кривая улочка, где с одного конца не видно второго. Итак, я свернул на нее и у меня тут же начало покалывать в голове — как будто кто-то с неприязнью смотрел мне вслед. Я прошел несколько ярдов, и ощущение покалывания распространилось по всему затылку и лопаткам. Не иначе как злые глаза сверлили спину. Не скрою, я испугался. Мне показалось, что я слышу слабое царапающее пощелкивание позади себя.
Я прошел еще несколько шагов, прислушиваясь к этому странному звуку, после чего, совершенно убежденный, что за мной следят, резко обернулся.
Мне никогда не приходилось видеть настоящего живого волка и в первый момент я подумал, что это очередная большая собака, но затем заметил взлохмаченную шерсть и большие бледно-желтые глаза. Он шел, низко опустив голову и склонив длинную морду к самой земле, словно шел по следу. Когда я остановился, животное тоже остановилось. Не было сомнения, что оно преследовало именно меня. Футах в десяти я приметил дверь фотомагазина и мне очень захотелось заскочить туда. Я сделал осторожный шаг к двери. Волк напрягся. Я услышал звук, похожий на пересыпание гравия в котле, и понял, что это зверь рычит. Вот так мы и стояли, глядя друг на друга футов через пятнадцать-двадцать. Я уже совсем решил метнуться к магазину, но тут дверь распахнулась, и кто-то вышел. Я протянул к человеку руку и хрипло предупредил: «Подождите!», но парень видно принял меня за нищего, собирающегося попросить мелочь, и решительно прошел мимо. Когда я обернулся, волк бежал по Терл-стрит в сторону Брод-стрит. Я видел, как его тощие бока отливают серебром в свете уличных фонарей, а потом он исчез.
Я подумал и объяснил себе, что на самом деле ничего я не видел, просто слишком перенервничал из-за встречи с большой собакой. Но на следующее утро Daily Mail опубликовала статью о волке на улицах Оксфорда. Свидетелей было много. Вызвали полицию и службу контроля за животными, но они зверя не нашли. Высказывалось предположение, что зверь сбежал из чьего-то личного зверинца и подался в сельскую местность.
Это все хорошо, но после этого я боялся выходить из комнаты три дня — опасался, как бы не увидеть еще чего-нибудь неподобающего. А когда я набрался смелости снова выйти на улицу, почти сразу же сошел с тротуара на Хай-стрит перед автобусом Oxford Experience. И меня сбили. Ну, не совсем сбили — туристические автобусы едут медленно, а водители умеют осторожно сбивать неосторожных пешеходов.
Происшествие пошло мне на пользу. Я лежал на улице… видел круг лиц над собой… и понимал, что сегодня это был автобус, а завтра будет поезд. А может, падение с высокой крыши… Так стоило ли отрицание действительности моего здравомыслия, моей жизни?
