— Ха! — Я злорадствовал. — Да никуда бы ты не двинулся! Я же тебя знаю, Саймон, ты нигде не будешь счастлив, если не будешь ощущать себя несчастным.
— Да неужели?
— Правда, Саймон. Попади ты в такое место, где все идеально, ты впал бы в депрессию. На самом деле вещи нравятся тебе такими, какие они есть.
— Что ж, весьма благодарен, доктор Фрейд, — прорычал Саймон. — Ценю ваш анализ. — Он опять придавил педаль газа.
Я продолжал развивать свою точку зрения.
— Признайся, Саймон: ты сам паршивый пес, и тебе это нравится. Ты знаток страданий, всяких там знаков судьбы! Давай! Чем хуже обстоят дела, тем больше тебе это по вкусу. Ты предпочитаешь декаданс, наслаждаешься упадком, упиваешься гнилью.
— Эй, осторожно, — неожиданно тихо ответил он. — А то однажды я могу тебя удивить, друг мой.
Я надеялся увидеть Лох-Несс. Но я ничего не увидел, кроме собственного отражения в запотевшем стекле машины: лицо, мрачно подсвеченное приборной панелью. На улице было темно. И поздно. Я был голоден, устал, мне было скучно и не терпелось поскорее приехать хоть куда-нибудь. Так что я просто молча клял себя за то, что позволил втравить себя в эту авантюру.
То, что я сказал о Саймоне, по сути, было правдой. Он продолжал длинную линию маниакально-депрессивных людей, страдающих манией величия. Тем не менее, я не по правде надеялся избавиться от него. Конечно, его нытье было чем-то вроде запоя. Но мой импровизированный психоанализ привел только к тяжелой напряженной тишине в машине. Саймон впал в угрюмую замкнутость, и следующие семь часов только односложно ворчал. Тем не менее я выполнял свои навигационные обязанности, не обращая внимания на его бурчание.
Карта, развернутая у меня на коленях, утверждала, что мы находимся к югу от Инвернесса. Мы ехали по автомагистрали А82, приближаясь к деревне Лоченд. Узкая ложбина знаменитого озера с чудовищем лежала в сотне ярдов справа. Но в темноте ничего нельзя было разглядеть.
— Скоро должны показаться огни, — сказал я. — Три или четыре мили.
Я все еще склонялся над картой, когда Саймон заорал «Ад меня побери!» и так дал по тормозам, что меня швырнуло вперед. Я стукнулся головой о лобовое стекло. Машину занесло на сухой дороге, и она остановилась.
— Ты видел?! — воскликнул Саймон. — Ты видел это?
— Ничего я не видел, — недовольно ответил я, потирая ушибленное место.
В тусклом свете приборной панели глаза Саймона дико блестели. Он включил заднюю передачу, и отвел машину назад.
— Это было как раз то, о чем говорили!
— Господи! О чем говорили и кто?
— Ну, то самое мифическое существо, — пробормотал он, вывернув шею, чтобы видеть дорогу сзади. Голос его незнакомо дрожал, руки тоже дрожали.
Мифическое существо… это уже что-то конкретное. Я тоже выгнул шею, но ничего не увидел.
— Что, черт побери, ты имеешь в виду под мифическим существом?
— Да как я тебе объясню, Льюис! — воскликнул он с истерическими нотками в голосе. — Так ты видел или нет?
— Ладно, ладно, успокойся. Я тебе верю. — Похоже он слишком долго пробыл за рулем. — Если там что-то и было, то теперь этого нет. — Я начал поворачиваться обратно и тут краем глаза заметил, как в белом свете задних фонарей мелькнул торс мужчины. Вернее, верхняя часть бедра, нижняя часть живота и часть руки. Все это промелькнуло и скрылось. Судя по пропорциям, тело должно было быть огромным. Я судил только по листьям деревьев, на фоне которых мне привиделась фигура. Но впечатление было сильным.
— Там! — торжествующе заорал Саймон. — Вон оно снова! — Он рванул ручку двери, вылетел из машины и побежал по дороге назад.
— Саймон! Вернись! — Я зря старался. Даже звука его шагов уже не было слышно. — Саймон?
Перегнувшись через спинку сиденья, я таращился в заднее окно. Кроме нескольких футов асфальта я ничего не видел, да и те видел лишь потому, что горели задние огни. Двигатель тихо урчал, и через распахнутую дверь машины доносился шелест ветра в соснах. Он напоминал шипение гигантских змей.
Я продолжал смотреть назад и вскоре заметил быстрое движение. Мгновение спустя в поле зрения появилось лицо Саймона. Он скользнул в машину, захлопнул дверь и зачем-то заблокировал. Потом положил руки на руль и остался в этой позе.
— Ну и что ты видел?
— Ты тоже видел, Льюис. Я знаю, что видел. — Он полностью развернулся ко мне. Мне еще не приходилось видеть его таким взволнованным.
— Послушай, я мало что заметил. Не могу с уверенностью сказать, что именно видел. Давай просто уедем отсюда, ладно?
— Попробуй все же описать, — странно напряженным голосом произнес он.
— Я же тебе говорю, не знаю, что я видел…
— Да говори же! — Он в досаде стукнул по рулю.
— Ладно. Думаю, это был мужчина. Похоже на мужчину. Я видел только ногу и руку, но думаю, что это все-таки был человек.
— Какого цвета?
— Да почем мне знать, какого он цвета! — взорвался я. — Темно же! Не разглядел…
— Какого цвета? — холодным и резким тоном повторил Саймон.
— По-моему, зеленого. Парень, наверное, одет был во что-то зеленое… лохмотья какие-то…
Саймон медленно выдохнул.
— Точно. Зеленый. Значит, и ты видел.
