В торговле в рамках Евразийского экономического союза мы практически полностью перешли на расчеты в национальных валютах. Если говорить о торговле в ЕАЭС с участием нашей страны, то это 100 % замещение западных валют рублем. В торговле с Китаем мы наполовину заместили западные валюты национальными валютами – рублем и юанем.
По всему спектру наших деловых отношений с партнерами мы видим стремительное вытеснение доллара, евро, фунта и йены из международных расчетов. Вслед за Россией такую же тенденцию мы видим в других странах БРИКС. В частности, Китай сегодня расширяет торговлю в юанях в зоне китайской инициативы «Один пояс – один путь». Индия объявила о переходе на торговлю в рупиях. Бразилия и ЮАР также заявили о целесообразности перехода на расчеты в новой мировой валюте. И другие страны переходят на более широкое использование собственных валют в международных расчетах, поскольку они в принципе конвертируются по текущим операциям ничуть не хуже валют западных стран.
Мы сейчас находимся на первом этапе этого процесса, работаем над тем, чтобы новая мировая расчетная валюта стала всеобщим знаменателем для формирования мировых цен на биржевые товары. Модель такой валюты у нас есть, она основана не только на корзине национальных валют стран-участниц, но и на корзине биржевых товаров. Модель показывает, что эта валюта будет очень устойчивой и намного более привлекательной, чем доллар, фунт, евро и йена, в которых сегодня формируются цены товаров на бирже под влиянием международных валютных спекулянтов. А нам нужны стабильные цены, прозрачная система, равноправие. Поэтому введение новой мировой валюты не должно быть монополизировано каким-то одним государством, какой-то одной силой.
Для реализации этого мегапроекта нужна политическая воля. Технически все сделано для запуска новой валюты, программно-математический инструментарий создан. Для того, чтобы ее запустить, необходимо политическое согласие стран БРИКС+[10], три из которых устами глав своих государств уже высказали поддержку идее введения новой валюты. Мы ждем принципиального решения от других стран, в том числе и вновь присоединяющихся к межгосударственному объединению БРИКС+.
Для того, чтобы такую валюту запустить, России можно было бы как стране, председательствующей в БРИКС+ с 2024 года, собрать международную конференцию, представить проект соглашения о введении новой мировой расчетной валюты. Первая корзина такой расчетной валюты формируется автоматически на базе пула валютных резервов, которые уже давно созданы, и нам ничего нового не надо придумывать. Вторая корзина – это корзина биржевых товаров: ключевые природные ресурсы, включая золото. Она для того, чтобы новая валюта была обеспечена не только национальными валютами стран БРИКС+, но и более серьезным, материально-ресурсным обеспечением. Межгосударственное объединение стран БРИКС+, которое производит и потребляет большую часть биржевых товаров, вполне может сформировать необходимое количество резервов для того, чтобы они подкрепляли новую международную расчетную валюту.
Чтобы эта модель заработала, предстоит подписать международные правовые документы, в которых будет определено, кто и в каких объемах эмитирует валюту, каковы правила эмиссии, как ведутся расчеты в ней, и другие аспекты финансовых взаимоотношений. Соответствующий проект международного договора можно подготовить очень быстро при наличии политической воли стран-участниц. Что касается экономико-математической модели, она создана, а программное обеспечение можно разработать быстро, как только будут согласованы все нюансы архитектуры формирования новой мировой расчетной валюты.
Надо понимать, что эта валюта не является заменителем национальных денег. Она создается исключительно для международных расчетов. Примерно такую роль играл переводной рубль в странах Совета экономической взаимопомощи или экю в Европейском союзе. Эмиссия может производиться Новым банком БРИКС, если этому банку дать соответствующие полномочия. Или может эмитироваться каждой страной пропорционально ее доли в объеме международных расчетов. К международному договору могут присоединяться и другие страны. Новая валюта, если на то будет политическая воля стран-участниц этого амбициозного проекта, может появиться через пару лет.
Запуская такую валюту, во-первых, мы гарантируем защиту от вмешательства третьих стран в наши отношения; во-вторых, внедрение такой валюты делает торговлю каждой страны в международной финансовой системе более безопасным; в-третьих, запуск новой валюты даст нам возможность равноправного торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества, потому что ее эмиссия и, следовательно, распределение эмиссионного дохода, будет регулироваться международным договором, отношения будут прозрачными, будет уверенность, что никто из партнеров не злоупотребляет ее эмиссией.
О.Г.:
С. Г.: Не в ближайшем будущем.
