У деревянных столбов на берегу был зачален армейский мотопаром для переправы солдат. Артёмка со всех ног кинулся к берегу. Пока Пётр с Павлом и лосёнком спустились к воде, уже заревел движок парома.
— Дядь Петь, двигатель в идеальном состоянии!
— Как и аппаратура связи… Каратели добросовестно отрабатывали иудины сребреники. Понятно, почему у них нет припасов — это их склад был на острове с солдатками под командой Кабанюка. Они по надобности плавали на тот островок на случку с сучками да и чтоб затариться жратвой и топливом.
— Хитрожопые русачки-предатели! — засопел от злости Павел. — Одних переодели в русскую форму, другие остались в натовской. Если придут чьи-то войска, можно и за своих заступиться, взять под залог и поручиться.
— Дядь Петь, можно я перенесу на паром электрогенератор и всю натовскую технику.
— Нет, Артёмка, не нужно.
— Так-то ценное имущество ведь!
— И лосяру твоего распрягай. Тут его оставишь. Мы сегодня же перевезём всех баб и детишек на этот остров. Тут сухо. Даже подвалы без воды. Земля годна под огороды и выпас для скотины. Ты видел, сколько власовцы картошки посадили? Свеклы, морковки и огороднины всякой. И борок сосновый есть. Хвойный дух для детишек полезен… Артёмка, держи курс на тот остров, где высокий холм.
— Видел я его, дядь Петь, много раз.
— Правь туда!
— А на кой тебе маскировочная сетка, дядь Петь? У меня для рыболовли настоящие сетки есть.
— Потом узнаешь. Артёмка, давай шибче ходу!
— Дядь Петь, мы уже третий круг вокруг этого острова делаем. Где пристать?
Генерал зло потёр многодневную щетину на подбородке.
— А чёрт его знает!.. Он это точно знает, но не сказал нам, как к пристать… Ты давай-ка на всех парах гони к берегу, потом резко полный поворот кругом, чтоб волна набежала. Смотрите все на ту базальтовую плиту.
Волна накатила на берег и отлегла, обнажив под плитой следующий выступ.
— Так то ж каменная лестница!
— Вот, под ней причал для разгрузочного терминала. Подходи осторожно, прямо к плите, а не сбоку. Под водой наверняка торчат подъёмные механизмы для погрузки. Пробьют днище.
По плите подошли к сплошной стене из растрескавшегося известняка
— Простучите камень. На уровне груди с двух сторон должны быть запломбированы пустоты.
Стучали камнем о камень целый час, пока в одном месте не провалилась гипсовая пустОта.
— Метров за десять от неё должна быть точно такая.
Нашли и вторую дырку.
Пётр снял ключи с груди и один дал Павлу. Они были похожи на буравчики с кольцом. На концах ключей были параллельные нарезки.
— Всё по стандарту… Павло, вставляй в замочную скважину, как только её найдёшь.
— Нашёл и вставил. Дальше что?
— На счёт раз-два-три резко проверни ключ вправо, я — влево, а Артёмка грудью надавит на скалу посерёдке.
Направляющие на тальковой смазке почти бесшумно отвели створки, замаскированные под известняк. Обнажили пещеру, в глубине которой виднелись двустворчатые ворота.
Пётр вставил третий ключ в замок ворот и провернул его на два оборота.
— Да, всё по стандарту. Ну-ка теперь потянули на себя! Ворота открываются наружу. Толщина каждой створки — полметра.
— А что там внутри? — поинтересовался Артёмка.
— Наше будущее.
— Инструменты, гаечные ключи, напильники там есть?
— Там всё есть в полном наборе… Сначала завесим внешние ворота камуфляжной сеткой.
— От спутников?
— А то от комаров, что ли? Внутри за воротами слева и справа на стенках висят газовые фонари. Возьмите по одному каждый.
— Как мы их зажжём? Война с куревом покончила, дядь Петь. Табачку нема. Ни спичек, ни зажигалок, а угольки храним в горшочках.
— Сбоку кнопка пьезоэлемента. Надавите и зажгите газовый фонарь. Но сначала сговоримся молчать об этом схроне.
— Поклянёмся, что ли? — хмыкнул Павло. — Бог не велит говорить с клятвой.
— Он простит… Проведём древний обряд кровного побратимства.
— Это вообще язычество!
— Зато надежно в безбожный час. Пусть наша кровь сольется в триедином братстве.
Генерал слегка полоснул себя по левому и правому запястью.
— Теперь ты, Павло, себе по левому, а ты, Артёмка — по правой руке. Приложим порезы друг к другу, пусть наши крови сольются воедино.
— Петька, древние эсэсовцы, давали новичкам прикладывать к губам кинжал с кровью первой жертвы. Но те-то хоть были свихнутые на всю голову… К лицу ли попу такая дикость?
— Помолчим! Пусть кровное побратимство поможет сохранить нашу тайну. В подземных складах этого острова хранится зёрнышко, из которого прорастёт новый русский народ. Пророк говорил, останется после гнева Господня от леса людского в Израиле столько деревьев, что и ребёнок сможет пересчитать. Так и от нашего народа осталось несколько саженцев.
— Откуда ты про склад узнал?
— Прапор искусил, Павло, богатством.
— Так вот почему ты Ладьку шлёпнул! Бандеровцу захотелось "сокровище" захапать… Шо не зйим, так покусаю…
— И начштаба Филонов из-за этого на дно пошёл. Эта тайна должна умереть с нами.
Все четыре солдатки в опрятной форме с карабинами за спиной радостно махали платочками с берега, даже волосы распустили и нацепили веночки из цветов — для красоты.
