«И как же ты выжила?» — спросил он.
— Благодаря Аннабел. Ангел-хранитель — это миф, внушённый мной…. Это видимость, порождённая восприятием суеверных и набожных людей. А на самом деле…
— Нет, Зей-Би! Молчи! — услышала она голос Алекса.
Однако сэли невозможно было остановить.
— Помнишь ту сломанную чернильницу в твоём кабинете полтора года тому назад?
Он сделал движение головой, похоже, кивнул. И снова вопрошающе уставился на неё.
— Да. Это была я. Мне нужна была информация, и поэтому пришлось воспользоваться твоими записями, — раскрыла она тайну, которую Герман до сих пор не знал.
«Но зачем?» — подумал Мельсимор.
— Мне нужно было выяснить время, в которое я попала. Когда же моё присутствие было обнаружено, мне пришлось бежать, спрыгнув из окна.
«С такой высоты?!» — на лице у него отразилось изумление.
— Да, да, представь себе. Я подвернула ногу, так как была без моей обычной обуви….
«Кому ты это говоришь?» — не верил он словам Зей-Би.
— Тебе! — повысила она голос. — Ведь ты клялся в своей любви и уверял, что будешь верить мне…
«Бред! — прочла она его мысли. — Ты хочешь свести меня с ума!»
— Чего ради? — настал черед изумляться ей.
«Я знаю, я догадался о вашем плане».
— О каком ещё плане?
«О твоём с Гарольдом! Вы сговорились… решили свести меня в могилу, чтобы завладеть правом владения „Голден Сиид“.»
— Ты плохо думаешь о брате. Он рисковал жизнью ради твоего же спасения…
«Вот, вот, ты уже и защищаешь его… Я-то думал, вы враги, и переживал из-за вас. А вы… вы, наверное, втайне смеялись надо мной и думали, как бы поскорее избавиться от меня».
«У него, наверное, жар», — подумала Зей-Би и хотела было приложить ладонь ко лбу Германа, но её остановила судорожно протестующая реакция человека.
«Не дотрагивайся до меня!»
— Да что с тобой, Герман?!
«Ты прекрасно сыграла свою роль… Роль влюблённой недотроги… Я думал, что ты любишь меня…. А ты оказалась просто профессиональной комедианткой! Как же я сразу не догадался о вашем злостном и коварном умысле? Ты, наверное, и спала со мной… по плану…. Зачем тебе я? Когда у тебя есть Гарольд. Ведь он поднаторел в любовных играх? У него большой опыт по этой части. Не так ли?»
Зей-Би хотелось ударить его, но она с трудом удержалась.
«Зачем его убивать, когда он сам себя уже убил».
«Ну что? Тебе нечего ответить? Ударь меня и я уверую, что все мои предположения ложны!»
Зей-Би с жалостью посмотрела на него. Она проклинала тот день, когда решила зайти к Марк-Сону.
— Прощайте, сэр Герман Фридрих Мельсимор. Надеюсь, наши пути больше никогда не пересекутся…
Геноконцентрат подбежала к двери и выскочила вон. В коридоре стоял Гарольд.
— Ну что? — видя помрачневшее лицо Зей-Би, спросил он.
— Кажется, твой брат в пламени костра повредил не только кожу, но и рассудок!
Карета тронулась в путь и Мельсимор-младший облегченно вздохнул. Все эти месяцы он боялся, что брата обнаружат в замке и власти призовут его к ответственности. Герман числился в списках пропавших без вести. Теперь все эти страхи были позади, а впереди Гарольда ожидало тяжёлое будущее. Все эти месяцы, пока хозяин «Голден Сиид» был болен, доктор Оландью кое-как помогал Гарольду с управлением делами поместья. Это был единственный человек, кому мог тот довериться. Отныне управление всем поместьем было у него в руках, а в руководстве он ничего не смыслил. Сэр Мельсимор-старший никогда не держал при себе управляющего, считая таковых хапугами и обманщиками. Всеми делами заправлял он один, и все расчеты держал в голове. Новому хозяину было трудно разобраться в делах. Легче было начать всё сначала, чем ворошить все важные бумаги и докапываться до их сути. Гарольду в короткий срок надлежало обучиться всему: учёту доходов и расходов и прочую цифирь. До сих пор он жил в замке, а вернее беззаботно пребывал в нём, как гость. Брат ежемесячно давал ему деньги на карманные расходы, которые Гарольду всегда казались мизерными. Он никогда не задумывался, как они достаются, зарабатываются, а лишь прекрасно знал, куда их потратить. Теперь он, Гарольд, бездельник и сибарит, должен был денно и нощно руководить и править имением, из-за которого не раз ссорился с братом. Отныне он должен был не только обеспечивать дивиденды себе и брату, который, возможно, никогда не оправится от болезни, но и не дать крестьянам «Голден Сиид» нуждаться, чего никогда не было во времена правления его брата.
