В это время женщина, бежавшая мимо, упала с окровавленной ногой. Я поспешил оказать ей первую помощь, ко мне присоединился оказавшийся рядом санитар. Перевязав кровоточащую рану, мы на машине скорой помощи отправили потерпевшую в больницу. Забыв о решении спрятаться в укрытие, я решил продолжить свой путь в ЦК.
Когда садился в машину, увидел вторую группу немецко-фашистских самолетов, но значительно превышавшую первую по численности. Воздушные стервятники тройками отделялись от общего строя, пикировали и сбрасывали смертоносный груз на улицы города. Под воздушным огнем мне удалось прорваться до ЦК.
На коротком пути своего следования от угла улицы Кирова до Красноармейской я видел, как рвались бомбы разных калибров. Одна из них взметнула смертоносный куст огня, дыма и пыли посредине улицы напротив гостиницы Беларусь. Образовавшуюся воронку пришлось объехать по тротуару. Подъехав к ЦК, я увидел разбитую автомашину ЗИС-101 из гаража Совнаркома, разбитый диспетчерский пункт гаража ЦК, несколько убитых и раненых. Город был объят пламенем, горел завод Кирова, рабочие, ИТР и служащие которого, несмотря на ожесточенную бомбардировку, геройски старались ликвидировать пожар, но сделать это не удавалось, поскольку водопровод был выведен из строя..
Войдя в кабинет, я сразу бросился к телефону и приступил к организации эвакуации железнодорожного узла,
| де находилось большое количество составов с боеприпасами, народнохозяйственными имуществом и эвакуируемым населением, отвечал на телефонные звонки, которые поступали беспрерывно. Руководству узла было передано указание ЦК о немедленном выводе в более безопасные места эшелонов с населением, войсками и боеприпасами, лишавшимися к фронту и подготовке к эвакуации имущества железнодорожных предприятий. Начальник пассажиркого отделения Федоров, докладывал о готовности трех эшелонов для эвакуации детей города Минска и просил дальнейших указаний, но разговор был прерван упавшей во дворе ЦК бомбой, взрывом которой вышибло оконные рамы.
Взрывной волной меня отбросило к входной двери, куда уже вбегал один из секретарей ЦК. Он предложил мне немедленно спуститься в укрытие и не подвергать свою жизнь опасности.
Г. Б. Эйдинов.
Мы побежали вниз. Когда спустились на первый этаж, перед окном лестничной клетки взорвалась бомба небольшого калибра. С грохотом вылетела рама, взрывной волной опрокинуло секретаря ЦК П. К. Пономаренко, контузило секретаря Г. Б. Эйдинова, ранило одного из инструкторов…
В свой кабинет по окончании этого авианалета мне вернуться уже не пришлось, он был разрушен прямым попаданием.
В 20 часов поступило указание ЦК ВКП (б) о переезде ЦК КП (б) Б и Совнаркома в Могилев, предписывалось продолжать свою деятельность и оттуда руководить организацией защиты республики, принявшей на себя первый удар. Все документы ЦК в течение часа были погружены на автомашины и отправлены в Могилев.
После отъезда ЦК мне пришлось перенести свою деятельность непосредственно на железнодорожный узел. Полная его эвакуация была закончена в 1 час ночи 27 июня и в 4 часа утра 28 июня с последним пассажирским поездом я выехал в город Могилев к месту расположения ЦК.
По прибытии в ЦК я сразу попал на совещание, которое проводил секретарь ЦК П. К. Пономаренко. Он передал собравшимся указание товарища Сталина о необходимости немедленного развертывания работы по организации в тылу противника партизанского движения и партийного подполья.
На этом совещании я получил задание с группой в 28 человек выбыть в Березино для оказания помощи райкому партии в организации обороны на реке Березина, в формировании партизанских отрядов. Туда же из Могилева был направлен весь состав Минского обкома КП (б) Б.
30 июня в здании райкома партии в Березино я передал указание ЦК районному секретарю Рахубо. С ним с секретарем обкома Корюшкиным мы приступили к выполнению указаний ЦК КП (б) Б. Буквально в течение нескольких часов было мобилизовано население на рытье противотанковых рвов на главных линиях подхода к Березино со стороны г. Минска. На выполнение этой работы потребовались сутки.
Одновременно велась работа по составлению списков коммунистов, которым надлежало остаться в тылу с задачей развертывания партизанского и подпольного движения. Был определен состав трех партизанских отрядов по сорок человек в каждом, сформированы три партизанские базы, снабженные всеми необходимыми продуктами, одеждой, вооружением и боеприпасами.
