За время войны в доме Антона Павловича Цвирко были встречи и другого рода. Фашисты заняли крупные города, районные центры, поселки, создали разветвленную сеть осведомителей, слежки, карательных органов. Центр тяжести подпольной и партизанской борьбы переместился и в нашу глубинку, наши большие лесные массивы и непроходимые для иноземных захватчиков болота. Здесь создавались и росли партизанские городки, лагеря и базы. Они обеспечивали быт и боевую деятельность партизан и подпольщиков.
…В нашу глубинку потянулись невидимые нити связей между народными мстителями.
Вот как вспоминает об этом бывший связной Гресского подпольного РК КПБ, партизан-разведчик спецотряда Градова (С. А. Ваупшасова), позднее ректор института народного хозяйства, профессор Федор Васильевич Боровик:
«…Проводя подпольную работу по поручению В. И. Зайца, поддерживая с ним связь и зная его местонахождение, я в июне 1942 года в лесу за деревней Сыроводное организовал его встречу с руководителем подпольщиков Селецкого сельсовета. Встреча эта состоялась ночью на хуторе в доме Антона Павловича Цвирко, инвалида первой мировой войны, опытного конспиратора и связного. На вахту были поставлены его дети — Геннадий и Нина. Время было неспокойное, всякое могло случиться, тем более, что в нескольких сотнях метров от хутора в деревне Сыроводное проживала семья полицая П. Бурака, жили некоторые из их подпевал.
Зорко вглядывались в ночную темень подростки, ловили малейшие шорохи и звуки. Знали, что в такое время даже малейшая неосторожность могла обернуться гибелью всей семьи.
Несколько часов длилась эта ответственная встреча партийцев. В. И. Заяц обрисовал прибывшему из-за линии фронта бывшему председателю сельсовета обстановку в районе, дал конкретные инструкции и задания.
Иосиф Иосифович делал отдельные пометки и записи в ученической тетради Геннадия. Устанавливались пароли и явки. Часто слышались в разговоре слова: «Майчуковая», «Труханова», «Княжий ключ». Это возвышенности-грядки, в густом дремучем лесу, среди топких, непроходимых болот, где удобно было базироваться партизанским отрядам, делать рейды и наносить чувствительные удары по врагу.
ДОМ А. ЦВИРКО. ЗДЕСЬ ОРГАНИЗОВЫВАЛИСЬ ВСТРЕЧИ ПАРТИЗАН
Знал прекрасно свой лес, густой стеной стоявший за его домом, и Антон Цвирко. Здесь заготавливались дрова и сено, в изобилии росли грибы и ягоды, цвели медоносы, много водилось дичи. А он был заядлым охотником и пчеловодом. Мирному труду учил своих детей хозяин дома. Но помешала война.
Еще в 1916 году под Нарочью впервые встретился он с немцами, воевал, был тяжело ранен. Однополчане вынесли его с поля боя. Был доставлен в московский военный госпиталь, вернулся инвалидом, кавалером Георгиевского креста.
Проходит четверть века и снова встреча с захватчиком — немцем, но на сей раз у порога своего дома. Но враг уже не тот, не те у него повадки и методы войны. Фашист огнем и мечом прокладывает себе дорогу, сеял смерть и разрушения. Не щадит мирного населения.
— Не тот немец, совсем не тот, — задумчиво произносил Антон Павлович, вспоминая позиционные баталии в 1916 года под Нарочью. — Огромное кладбище немецких солдат осталось на месте былых сражений… Не такой будет эта война, — добавил хозяин дома, поднялся с лавки и поскрипывая протезом подался к выходу проверить на постах своих детей».
Знал эту патриотическую семью Федор Боровик, знал, куда вести на встречу партийных вожаков. Именно мать давала ему первые уроки конспирации.
— Молчи! Чтобы не случилось — молчи! — наставляла она своего сына, отправлявшегося на очередное опасное задание. Молчал Федор и действовал умело.
Вскоре вошел хозяин дома, поставил на стол миску с медом и, что удивительно, рядом положил два завернутых в тряпицы армейских пистолета и три гранаты, сказал:
— На улице все спокойно, а это подобрано на местах боев, хранил в ульях. В лесах уйма оружия, — добавил он, пододвигая гостями миску с медом.
— Много, Иосиф Иосифович, таких людей в наших окрестностях? — спрашивает Владимир Иванович председателя сельсовета.
— Тысячи, — был ответ.
Поднять народ, объединить, направить все силы на борьбу с фашистскими захватчиками. Таков был итог этой встречи. Было далеко за полночь. Антон проводил своих гостей.
Федор Боровик вспоминает.
«В декабре 1942 года И. И. Коско устанавливает связь с отрядами «Непобедимый» и спецотрядом Градова, передает им многие разведданные, часть имевшегося оружия и боеприпасов, помогает продовольствием, указывает командирам надежное место в Гресских лесах для базирования отрядов.
Подпольная группа Селецкого сельсовета пополнялась все новыми патриотами Родины. Лично я поддерживал тесную связь руководителя Селецкого подполья И. И. Коско с секретарем Гресского подпольного РК КПБ Зайцем, а затем через Коско был связан с командиром отряда спецназначения Градовым и впоследствии стал разведчиком-подрывником его отряда.
