С помощью И. И. Коско и его семьи были связаны с отрядами лесник Василий Коледа и объездчик Всеволод Туркин, через которых была организована переброска в Минское подполье взрывчатки и проводились диверсии на лесопильном заводе. Подпольщица Минска Раиса Павловна Радкевич, державшая связь с группой И. И. Коско, стала выполнять задания отрядов, хранила взрывчатку для проведения диверсии, партизанские газеты и листовки. Много ценных сведений подпольщикам Селецка, а через них отрядам Градова и Кускова передала Евдокия Апанасовна Курьянович, проживавшая в Минске, отца которой расстреляли каратели, как активиста и подпольщика.
В мае 1943 года отряд местных патриотов под руководством И. И. Коско входит в состав отрядов С. А. Градова и «Непобедимый» Т. И. Кускова, вместе они проводят борьбу против немецко-фашистских захватчиков.
С сентября 1943 года И. И. Коско, его жена Ольга Алексеевна и дочь София Иосифовна выполняли задания Минского подпольного горкома партии по разведке и распространению среди населения газеты «Минский большевик» и листовок.
Семья коммуниста И. И. Коско, как многих других, оказавшихся в оккупированной врагом зоне, была лишена всех средств к существованию, подвергалась жестоким репрессиям и преследованиям со стороны оккупационных властей и подлежала уничтожению. Фашистские варвары сожгли все имущество этой семьи, но сломить веру в Советскую власть, стойкость и стремление к Победе простых людей не смогли».
Прав был мудрый белорусский труженик, участник двух мировых войн Антон Павлович Цвирко, когда говорил на явке в своем доме руководителям-подпольщикам: — Немец не тот и методы войны не те…
Тогда в 1916 году на поле брани под Нарочью он оставил свою ногу… Трагедией обернется и эта война для семьи Антона Цвирко. На этот раз фашисты расстреляют и заживо сожгут в домах его родных и близких: стариков, женщин, детей.
Утром 23 февраля 1943 года карательный отряд фашистов на нескольких грузовиках ворвался в деревню Адамово. Солдаты быстро рассеялись по деревне, заняли ключевые позиции. Несколько групп фашистов во главе с офицерами начали обход крестьянских дворов и приступили к выполнению поставленной задачи — сжечь дома и постройки вместе с жителями. Это жуткое наказание последовало в отместку за то, что накануне партизаны сожгли мост через реку Случь на гравейке в 1,5 километрах от деревни Адамово. При этом был уничтожен легковой автомобиль с немецкими офицерами.
Деревня была сожжена полностью вместе с жителями: детьми, женщинами, стариками. Однако после этой жуткой трагедии остались в живых несколько человек. Судьба оказалась для них милостивой и сохранила им жизнь.
Спаслись два брата в семье Вечеров — Поликарп — 17 лет и Александр 14 лет, племянники Ольги — жены Антона Цвирко.
Когда мать услышала гул автомашин на гравейке, она быстро выпроводила старшего сына Поликарпа в лес, чтобы немцы не увели его в Германию. Спасая сына от рабского труда в Германии, она не знала, что спасает его от ужасной смерти. Стояла во дворе и смотрела вслед до тех пор, пока Поликарп не миновал огороды и не скрылся в лесу.
Вскоре появились немцы. В доме остались трое сыновей — Александр 14 лет и два малыша — 2 и 4 года.
Александр Вечер вспоминает.
Находясь в хате, я услышал крики матери во дворе. Выглянул в окно и увидел, как немцы тянут отца в сарай, а мать пытается его освободить. Ударом кулака немец отбросил мать в сторону. Женщина не удержалась на ногах и упала, причитая от боли и унижения. Отца изуверы затащили в сарай и повесили.
Видя, как убивают отца, мать вдруг поняла, что это грозит и ей. Она перелезла через забор и побежала к лесу. Заметив это, когда она уже приближалась к кустарникам, один из фашистских выродков стал стрелять из автомата. Но мама продолжала бежать.
Я видел, как палачи установили ручной пулемет и скосили ее первой же очередью. Все это происходило на моих глазах, поскольку я все еще стоял у окна. Спохватился, что могут увидеть и меня, уже заметив, как немцы направились в дом. Я быстро забрался в подпечек и закрылся изнутри дверкой.
Войдя в дом, фашисты убили двух моих малолетних братьев, которые сидели на кровати и плакали. Уходя, подожгли дом и сарай. Когда удушливый дым заполнил дом, я выполз из своего спасительного убежища, открыл окно со стороны сада и вблизи дома зарылся в сугроб. От мощного жара стал таять снег. Боясь быть обнаруженным фашистами, осторожно прополз в сторону кустарника, а затем со всех ног рванул в лес. Только чудом меня не заметили и я остался в живых. Немцы тем временем вершили свое черное дело в соседних подворьях.
А. Цвирко и А. Вечер (справа) с внуками А. Цвирко.
