— Как вы знаете, президент Сеньков, группа выполнила поставленную задачу, но ваши вооруженные силы сбили бомбардировщик. Кто-то из наших сил специального назначения и экипаж еще одного самолета отправились спасать экипаж первого самолета, чтобы не дать вашим силам задержать их.
— Секунду, пожалуйста, господин президент, — сказал переводчик. Собравшиеся в оперативном центре могли только представлять, что сейчас твориться в умах российского президента и его военных советников. Наконец, переводчик продолжил:
— Президент Сеньков благодарит вас за откровенность, господин президент, но по-прежнему требует, чтобы Соединенные Штаты взяли на себя полную ответственность за действия своих сил.
— Полностью согласен, — сказал Торн. — Но позвольте мне продолжить. В настоящее время наши силы оказались вовлечены в воздушный бой. Три ваших вертолета и один истребитель уже сбиты. Но я не хочу, чтобы это продолжалось. Я прикажу экипажу нашего бомбардировщика выйти из боя, если вы прикажете своим силам отпустить их.
— При всем уважении, господин президент, — сказал Сеньков через переводчика, — русский народ не поймет, если наши силы сдадутся вторгшемуся в наше воздушное пространство врагу. Они всегда боролись и будут бороться до последнего человека, чтобы защитить свою родину.
— Мистер президент, я прикажу своим силам выйти из боя, но также сообщу, что они могут свободно защищать себя, если подвергнуться нападению, — сказал Торн. — Я полагаю, мои экипажи смогут выжить и уйти из вашей страны, но не хочу причинять вред русским. Я настоятельно призываю вас принять мое предложение и приказать своим силам отпустить их, — Торн, не кладя трубки, сказал по видеоконференции:
— Генерал Самсон, прикажите «Вампиру» немедленно выйти из боя. Он может открывать огонь только если будет обстрелян первым.
— Приказ отдан, получено подтверждение, — сказал Самсон несколькими мгновениями спустя. — «Вампир» движется к украинской границе на максимальной скорости и малой высоте.
— Я отдал приказ, и он был получен, господин Сеньков, — сказал Торн. — Давайте прекратим это все прямо сейчас, хорошо?
— Это оскорбление. Это неприемлемо. — Голос переводчика был монотонным, но они все могли очень четко слышать, что президент России кричал во все горло. — Вы совершили акт войны против русского народа и ждете, что мы просто отвернемся и уйдем?
— Я готов передоложить вам сто миллионов долларов в качестве компенсации за ущерб, нанесенный моими силами, — пошел дальше Торн. У всех в оперативном центре от удивления отвисли челюсти. — Кроме того, я предлагаю вам пять миллионов долларов компенсации за каждого убитого русского, а также публичное признание вины и извинения по международному телевидению.
— Мистер президент, какого… — Взорвался Базик. — Вы не можете!
— Я сделаю это, — сказал Торн. — Клянусь именем моей матери, что выступлю с этими заявлениями во второй половине дня, в прайм-тайм по российскому времени.
— Публичные извинения? Публичное признание? Без условий?
— Без условий, — ответил Торн. — Я приказал своим силам прекратить бой — им разрешается открывать огонь только для собственной защиты. Я выступлю с признанием и извинениями этим утром, в 10.00 по времени Вашингтона и прикажу выплатить репарации. Если вы передадите нам сведения о количестве погибших, я также распоряжусь о персональных компенсациях. Я хочу только, чтобы ничьи жизни больше не были под угрозой.
— Вы… Вы согласны на все, господин президент? — Спросил Сеньков.
— На все.
— Даже сообщить, какие самолеты участвовали в вашей разведывательной операции?
— Конечно, — ответил Торн. — В спасательной операции у Москвы был задействован конвертоплан специального назначения МV-22 или «Пэйв Хаммер». Шесть человек экипажа, несколько пулеметов и ракет «воздух-воздух» на выдвижных пусковых установках, а также оборонительная система радиоэлектронного противодействия. Экипаж относиться к так называемой Вспомогательной разведывательной службе, подразделении ЦРУ, созданном для выполнения таких задач, как эта. Самолет прикрытия — малозаметный бомбардировщик ЕВ-1С «Вампир», сильно модифицированный бомбардировщик В-1, предназначенный для прониктовения в сильно защищенное воздушное пространство и широкого спектра…
— Вы посмели отправить бомбардировщики В-1, носители ядерного оружия, в воздушное пространство Российской Федерации? Да как вы посмели?! Это равносильно войне!
— Это просто был наилучший из доступных самолетов для прикрытия спасательной операции, — сказал Торн, как ни в чем не бывало. — Вы же не настолько глупы, чтобы думать, что он действительно нес ядерное оружие?
— Я уже не знаю, чему верить, — сказал переводчик, силясь перекричать взволнованный голос российского президента. — Вы говорите об этом так, словно послали мне подарок на день рождения! Вы что, с ума сошли?
