– Я слышал, что вы – биологические, любите ерундой заниматься. На воду смотреть, облака рассматривать, огнём любоваться. Как по мне – это бред. Пустая трата времени. Течёт? И что? В общем вставай, работать надо.
– Есть ещё один вариант, на что мы любим смотреть, – вздохнув, Маслов встал и двинулся к отмеченным кустам: – И в этом мы – биологические, сходны с тобой.
– Это ты о чём?
– Я про работу. Про чужую. Приятно смотреть, как кто-то другой работает, да? А, напарник? Приятно?
– Это ты на что намекаешь?! – Тут же возмутился шарик: – Если бы ты знал – сколько мне работать приходится, то и не то, что говорить, ты бы и думать так не смел! Только на тебя – следить чтобы с тобой чего-либо не произошло, знаешь сколько ресурсов требует?! А я их трачу! И не на себя, заметь! На тебя, на твою безопасность!
И именно в этот момент, случайно совпав с последними словами Напа, нога Игоря, проломив хрустнувшую корку, ушла в землю. Взмахнув руками, подобного он и не думал ожидать – обрушившаяся поверхность ничем не выделялась на общем фоне, Маслов, коротко вскрикнув, рухнул на спину.
– Безопасность, говоришь? – Опираясь локтями о землю, он приподнялся, разглядывая песчаную воронку, в которой почти полностью скрылся серебристый сапожок: Ресурсы, значит, тратишь? А если бы я сейчас ногу сломал? Не мог просканировать? Напарничек…
Упершись другой ногой в землю, он попытался вытащить ногу из песка, но то ли тот был влажным, то ли скрытые под ним камни обвалились на ступню – нога и не думала освобождаться.
Чертыхнувшись, Игорь сел и принялся откидывать в стороны песок быстро заполнявший образовавшуюся ямку.
Много времени это не заняло и буквально спустя минуту, ничем не заваленная ступня оказалась перед ним.
Не заваленная, но, тем не менее лишённая подвижности.
Паралич?
Нет, ступня слушалась, успокоился Игорь, пошевеля пальцами.
А тогда что?
Сапог, вернее его подошва, словно вплавился во что-то под собой, став одним целым с этим самым нечто. Вытащив нож, он ткнул им в песок и лезвие, пройдя менее сантиметра, упёрлось в мягкую податливую, пружинящую как резина, массу.
Осторожно покачивая клинок, Игорь погрузил его в странную субстанцию ещё на несколько сантиметров и тут кончик скрежетнул, встретив препятствие.
Камень?
Рукоять в его руке вдруг ожила, надавливая на ладонь – нечто, скрытое от его глаз было явно против подобного вторжения.
Нет, скрытое под ногой нечто камнем явно не было.
Надавив на рукоять и едва ли не физически ощущая, как тупится о хрустящую преграду безупречно заточенное лезвие, Игорь изо всех сил вдавливал нож всё глубже и глубже. Ещё несколько миллиметров, ещё пара – по ноге прошла возмущённая дрожь и он, выдохнув, навалился на рукоять всем телом.
Хруст, и клинок, преодолев преграду, ушёл под подошву почти по самую гарду.
Схватившее его существо, то, что он стал чей-то добычей Маслов уже и не сомневался, немедленно отреагировало на произошедшее.
Расшвыривая фонтанчики песка вверх ударили белёсые струи и Игорь, в чьей памяти ещё не остыло произошедшее в пещере, всем телом дёрнулся назад.
Повернувшись на бок, пойманная в ловушку нога протестующе заныла, он пополз от воронки, вбивая в почву клинок и подтягиваясь на нём.
Сдерживавшая его сила внезапно сдалась и человек, радуясь свободе, поспешно пополз прочь вычерчивая в песке ножом широкие дуги – влипать в очередную ловушку, подобную этой, ему никак не хотелось.
– Да чисто здесь, чисто, – чуть выдвинулся из своего гнезда шарик: – Я проверил. Стой!
– Чисто? – Потыкав лезвием вокруг себя, Игорь сел, рассматривая сапог.
Бледная, почти прозрачная слизь.
Кусочек не то кишки, не то жилы, прилипшей к голенищу и чудом не отвалившаяся за время его… Рывка? Ползка? Переползания?
Не став утруждать себя подбором верного термина, он подцепил единственное материальное подтверждение происшествия и поднеся его к шарику, на пару сантиметров приподнявшемуся над его плечом, скомандовал: – Скан!
– Исполняю… – не стал спорить напарник: – Анализирую ДНК… В точку! Вторая нужная! Отправляю!
– Одна, одну, то есть, найти осталось, – поднявшись на ноги, Игорь осмотрелся по сторонам: – У меня такое чувство, что наш пернатый друг сознательно запросил ДНК этих тварей.
– Ты о чём? Кстати – вон в тех кустах что-то шевелится, – загоревшийся на стекле маркер указывал на куст метрах в тридцати от них: – Двигай туда. Землю я сканирую – больше здесь опасностей нет.
– Ты сам посуди, – держа пистолет наготове, Маслов медленно двинулся вперёд: – То пещерное. Хищник. Хотел нас съесть. Это, подземное – тоже. На огненной, если бы не камни, я, то есть мы оба, вполне должны были сгореть. Как ещё тех змей вытащить для скана? Да и стражи. Как по мне, то всё это, вкупе, как-то не тянет на лёгкую и безопасную прогулку. Мы уже четыре раза чуть не того, на тот свет не отправились.
– А ты лёгких денег ждал? Здесь так не бывает, привыкай. Что до Стражей… Уюсы весьма трусливы и, как ты сам понимаешь, рисковать не любят. Вот Кхархи – другое дело. Этим лишь бы подраться.
