Прятать что-то в космосе задача не из лёгких. Применяемые на военных кораблях факельные двигатели всегда дают столь существенное излучение, что специальные средства способны их засекать на поистине гигантских расстояниях. Однако на таких дистанциях даже свет вещь слишком медленная. Если надо что-то спрятать поместите это в межзвёздную пустоту. Когда это заметят, будет слишком поздно.
Потому они были здесь. Сотни звездолётов ударного флота. Их тёмные панцири выделялись крохотными пятнышками мрака на фоне бесконечного звёздного узора. Вершины текущей оружейной мысли, ждущие команды из штаба. Цель давно известна, нужен лишь приказ. В десятках парсеках отсюда ждут похожей команды союзники. Все риски просчитаны и учтены. И вот квантовый передатчик начинает тихо шептать заветные коды. В магнитном плену зажигаются термоядерные шнуры. Радиаторы приобретают алый оттенок, постепенно переходящий в рыжий.
- Началось...
***
Я снова в своём доспехе. Боевой режим глушит самосознание, оставляя идеально выверенные рефлекторные реакции. Моя броня подобно лепестку на ветру несётся сквозь космический вакуум. Я нахожусь внутри вытянутого клина. Пластины из оптического метаматериала в сочетании с радиопоглотителем значительно снижают заметность. Вырабатываемое мною тепло уносится за спину, где клин открыт. Рядом должны лететь другие члены отделения. Режим радиомолчания не позволяет узнать истинную картину на данный момент.
Срабатывает таймер, и я разворачиваюсь двигателями прыжкового ранца к цели. Пластины клина расходятся и перемещаются на небольших манипуляторах, теперь они прикрывают меня от возможной атаки в качестве навесных щитов. Короткое торможение и вот я соприкасаюсь с поверхностью разбитого космического корабля. Сразу принимаюсь выискивать таящиеся вокруг опасности. Рядом на корпусе возникают остальные бойцы и их дроны. Быстрое восстановление связи и отдача приказов. Воля Вестат посылает меня к огромной дыре в теле гигантской машины, которая, судя по остаткам внешнего оборудования, является лёгким рейдером.
Вышагиваю в назначенном направлении, приклеившись электростатическими захватами подошв. Материал под ногами змеится многочисленными трещинами. То тут, то там уродливыми язвами виднеются следы взрывного испарения мелкокалиберных снарядов и высокосортных осколков. Но вот я достигаю обрамлённого оплавившейся и растрескавшейся каёмкой провала. С моего "Каракурта" сбегают несколько механических насекомых, храбро бросающихся в пасть пролома.
Изображения с их камер рисует картину полнейшего хаоса перемолотых внутренностей корабля. Похоже, что сюда пришлись попадания пары гамма-взрыволазеров, обративших своей конструкцией мощь ядерного взрыва в потоки высокоэнергетических квантов. В голове ясно вырисовывается картина событий. Первый луч испарил разнесённую броню. А абляционный взрыв от второго породил из остатков защитного панциря бушующую стену плазмы, давящую переборки, палубы, оборудование и экипаж. Пройдя сквозь конструкции, волна деформации отразилась от бронепояса и направилась обратно, унося часть обломков в космос. Однако даже после подобного в корабле могли остаться выжившие и, что более важно, разведданные. За последними программа тренировки нас и посылала.
Пускаю в чернеющий зев пробоины своих юрких дронов поддержки. Чисто. Мой "Каракурт" медленно заплывает в широкий тоннель, а вместе с ним и я. Подтягиваюсь на молекулярных тросах, непрерывно водя стволами рельсовых автоматов из стороны в сторону.
Одна из разведывательных машин фиксирует отражённую от металла тепловую сигнатуру. Ловлю возможное местоположение противника в прицел и даю короткую очередь. Выстрелы отдаются вибрацией по всему телу, а отдача слегка искажает мою траекторию. Беззвучно вспыхивают среди хаоса обломков следы попаданий. Туда сразу же уходят разведчики.
После первых выстрелов ожидаемо возникают противники. Все они оказываются в прицелах. Мои отделённые от основного тела органы разрушения пронзают пространство очередями игл. Не успевшие сделать ни единого выстрела биороботы продолжают лететь по инерции. Отсечённые внутренними ударными волнами конечности оставляют за собой мириады алых кристалликов.
Пауза, за которую перепроверяю ликвидацию ближайших угроз.
- Это Алекс, сектор чист. Приём, - передаю я в эфир код.
- Это Вестат. Принято.
Следом за мной в искалеченное нутро корабля погружаются космопехи моего отделения вместе со своей роботизированной свитой. Они равномерно распределяются по сферической полости возникшей после плазменного шторма лучевого удара.
Дроны поддержки втискиваются в хаос обломков. Они несут направленные термические заряды, что должны частично расчистить проход к мостику.
Короткий сигнал машин о готовности, теперь нужно уйти с направлений разлёта обломков. После возвращения дронов срабатывают заряды. Недолгое свечение, и в пространство возносятся столбы расплавленного металла. Зрелище напоминает извержение вулкана, виденное мной в каком-то фильме.
