Войны Суздальской Руси полностью

В.Н. Татищев приводит ответ братьев владимирскому князю: «Отец и брат, мы тебя ради твоей старости именуем и почитаем отцом себе, но ты учинил неправо, что взял наш Новгород, ибо ведаешь сам довольно, что Новгород издревле принадлежит к великому князю русскому к Киеву, а особенно новгородцы сколько раз деду и отцу нашим и нам крест целовали, что от нас не отступать. И ты сам то утвердил. А ныне, не объявив нам вины нашей, то нарушил». Как видим, Ростиславичи упирали на то, что, согласно древнему обычаю, Новгород всегда находился в сфере влияния киевского князя. А поскольку в Киеве правил старший из братьев — Роман, то ему и решать, кто будет княжить на берегах Волхова. И не Андрею туда лезть. На что Боголюбский возразил, что сейчас он старший в роду Мономаха, а потому имеет полное право назначать в Новгород князей.

И пошло-поехало. Сочтя эти возражения прямым вызовом, Андрей отправил к братьям своего мечника Михна с ультиматумом, который иначе, как оскорбительным, назвать нельзя. Прежде всего Боголюбский потребовал выдать ему тех людей, которые подозревались в убийстве его брата Глеба. Владимирский князь устами своего посла заявил на всю Русь о том, что Роман должен покинуть Киев, Давыд — Вышгород, а Мстислав — Белгород. При этом было добавлено, что «а то вы Смоленескь, а темъ ся поделите» (Ипатьевская летопись). Издеваясь, Боголюбский рекомендовал всем братьям идти в Смоленск и разделить между собой княжество. Но четыре князя было очень много для Смоленска, поэтому требования Андрея были изначально невыполнимы.

В воздухе запахло большой войной, но старший из братьев, Роман, решил не связываться с владимирским князем и покинул Киев, уйдя в Смоленск. Андрей пожелал видеть на златом столе своего брата Михалко, княжившего в Торческе, но тот по какой-то причине не смог прибыть в Киев, отправив туда младшего брата Всеволода и племянника Ярополка.

Княжение Всеволода Юрьевича в Киеве продолжалось недолго, всего пять недель. За это время Рюрик, Давыд и Мстислав отправили к Андрею ещё одного посла, взывая к совести властелина Северо-Восточной Руси: «Но ты брата нашего Романа выслал из Киева и нам без всякой нашей вины велишь из Русской земли, нашего наследия, идти. Просим тебя, чтоб ты, помня свое к нам обещание, более нас не обижал» (В.Н. Татищев). А в конце многозначительно добавили, что если правды они у Андрея не добьются, то Бог их рассудит с владимирским князем.

Но Боголюбский не посчитал нужным даже ответить братьям. Очевидно, он сознательно провоцировал этот конфликт, надеясь сломить Ростиславичей и превратить их, подобно рязанским и муромским князьям, в своих покорных вассалов. Но такой расклад братьев совершенно не устраивал, и видя, что от Андрея справедливости не дождешься, они решили сами её восстановить. Дело в долгий ящик не откладывали, и в ночь на 26 июля дружины Давыда и Мстислава Ростиславичей захватили Киев. В плен попали Всеволод с Ярополком, а также те владимирские бояре, которые были в городе. После этого из Овруча прибыл Рюрик Ростиславич и уселся на златой киевский стол.

Новый киевский князь был человеком предусмотрительным и, понимая неизбежность военного конфликта с Андреем, решил обезопасить себя со всех сторон. В Торческ, где княжил Михалко Юрьевич, прибыл посол от Рюрика Ростиславича и велел покинуть город. Но Михалко ответил отказом, и тогда Рюрик вместе с Давыдом и Мстиславом подошёл к Торческу, взяв город в осаду. Противостояние продолжалась шесть дней и завершилось примирением сторон. Михалко покидал Торческ, но взамен получал более престижный Переяславль-Южный, и это его более чем устраивало. К тому же Рюрик отпустил из плена Всеволода с боярами, что уничтожило последний повод для вражды между ним и Михалко. Правда, в Киеве продолжал оставаться Ярополк Ростиславич, но Михалко было глубоко наплевать на своих племянников, и Ярополка в частности. Последующие события это подтвердили.

Едва новый переяславский князь ушёл в свой удел, как Рюрик Ростиславич выгнал из Треполья другого его племянника — Мстислава. Тот кинулся было к дяде за помощью, но Михалко не только не помог родственнику, но даже не пустил его в город. В итоге беглец ушёл в Чернигов, к своему деду по матери Святославу Всеволодовичу.