Вот каким был один из его последних подвигов: где-то на севере Нормандии он стоял со своим «Тигром» под хорошим прикрытием, в лесу, и должен был атаковать и уничтожить врага, если тот появится. Он находился вдалеке от других боевых машин своей роты, у дороги. Он не думал, что придется вступить в бой. Вдруг кто-то из его экипажа крикнул ему взволнованно: «Оберштурмфюрер, вражеские танки!»
Он взглянул на дорогу и увидел там примерно в 150-метровом отдалении идущие танки, один за другим, целый английский полк, сопровождаемый батальоном бронетранспортеров. На секунду, возможно, замерло у него сердце: должен ли он был осмелиться и двинуться против более чем шестидесяти машин и батальона пехоты? Позднее он сказал, что это решение было для него самым тяжелым в его жизни. Он отбросил прочь все сомнения, выступил со своим «Тигром» из укрытия и сразу открыл огонь по вражеской колонне, справа — два, слева — один. Достигнув улицы, он вступил во вражескую колонну. В ожесточенной решимости сражаться до последнего и уничтожить как можно больше противников — при этом практически уверенный в собственной гибели, прокладывал он себе путь в потоке английских танков.
Англичане были в полном замешательстве. Посреди них оказался вдруг один из наводивших ужас немецких «Тигров», который мощными ударами разрывал на клочки, сжигал, взрывал «Шерманы» и «Черчилли». Пехота разбегалась в стороны, ища укрытия, пулеметные очереди выкашивали ее рядами, а чудовище все новым огнем и новыми взрывами прокладывало себе путь. Было взорвано пятнадцать английских танков, на шести других Михаэль сэкономил снаряды, поскольку их экипажи выскочили в панике и сами подожгли собственные танки.
Таким образом, атака целого английского полка была разбита меньше чем за 30 минут, а сопровождающая артиллерия обращена в бегство. Когда он со своим «Тигром» ворвался в населенный пункт, чтобы отправить в ад и ос-
шальные танки, в его танк попал снаряд и оторвал гусеницу. Вместе со своим экипажем он покинул машину, они взяли с собой столько оружия, сколько смогли унести, проложили себе путь огнем и бегом добрались до ближайшей позиции немцев.
Число уничтоженных им танков после этого увеличилось до 138…
(Материал рот пропаганды СС)
* * *Были ли напрасными его подвиги, прожил ли Михаэль Виттман, ставший впоследствии гауптштурмфюрером СС и кавалером Рыцарского креста с дубовыми листьями и мечами, свою жизнь, в конце концов, зря?
Мужество и героизм не бывают бессмысленными, а храбрость — это семя, которое взойдет тысячами ростков, когда наступит для этого время. Принесение жизни и смерти в жертву обществу всегда имеет смысл само по себе — и только из храбрых противников могут получиться настоящие друзья.
<p>Харьковское сражение</p>
