Плацдарм для дальнейшей экспансии был выбран грамотно: под контролем Халифата оказались обжитые сельскохозяйственные регионы с развитой (для наших средневековых условий) инфраструктурой — армия Исламского Союза без труда захватила огромные продовольственные запасы, разработанные месторождения нефти и газа и несколько крупных городов. Это вам не высадка в чистом поле, где придется начинать все с нуля!
Настоящие чудеса, однако, только начинались. О прелестях кратковременной оккупации я говорить не хочу — слишком противно, а потому сразу перейду к весьма примечательным событиям, начавшимся ранним утром пятого июля.
За несколько часов до внезапного появления войск союзников мы получили уведомление с Земли, в котором настоятельно рекомендовалось немедленно покинуть город или как следует спрятаться. Причем устройство Планка, до этого времени не работавшее, весьма неожиданно настроил мсье Крылов, ранее имевший очень смутное представление как о квантовой механике и теории суперструн, так и о принципах мгновенной передачи информации. Как додумался — непонятно, но факт остается фактом.
Перед рассветом было принято решение перебраться из расположенного рядом с центром города коттеджа Амели в мою халупу. Если в Квебеке действительно будут иметь место ожесточенные столкновения, то всегда можно уйти в прилегающий к окраинным районам лес и на время укрыться. Мадам Ланкло категорически отказалась бросать дом и обожаемый зверинец, посему мы пожелали Амели удачи и ретировались дворами-огородами — никто не хотел быть задержанным патрулем.
В первые минуты никто из нас не понимал, что именно происходит. Появившиеся над городом два малых рейдера класса “Цезарь” нанесли несколько точечных ударов по военным лагерям Халифата и скоплениям техники, а затем… Никогда прежде я не видывал ничего подобного, вначале даже появилась мысль о нападении инопланетян, если таковые вообще существуют!
К востоку от Квебека раскинулась обширная равнина, рассекаемая широкой рекой Святого Лаврентия. Бесконечные кукурузные и пшеничные поля, пастбища, на холмах — виноградники. Самый обширный сельскохозяйственный район на материке. Картина более чем идиллическая и привычная. Но когда над просторами речной поймы появилось ослепительное бело-голубое свечение, смахивавшее на титаническую шаровую молнию полукилометрового радиуса, я изрядно перетрусил. Пламя заместили несколько радужных “коконов”, с грохотом разорвавшихся спустя несколько секунд пышным фейерверком холодных белых искр, а затем стали ясно видны очертания трех громадных эллипсовидных объектов. Вполне можно было запаниковать — вы не найдете ничего похожего ни в одном техническом справочнике Земли и колоний.
Какие выводы следуют? Верно: нашествие инопланетных монстров!
Успокоил нас восторженный Гильгоф — свои! Несмотря на то что явленный нам спектакль на действия “своих” походил очень и очень мало, я доктору поверил. А когда всю теплую компанию вскоре подобрал приземлившийся рядом с домом “Франц-Иосиф”, отпали последние сомнения — и впрямь не чужие. Здоровенный корабль попутно своротил стабилизатором мой забор и часть соседского, однако, как я упоминал, эта проблема была решена уже через несколько дней при помощи Курта и обоих Тилей.
Ныне, но прошествии сорока с лишним дней, о союзническом “блицкриге” говорить просто, но тогда уровень адреналина в крови зашкаливал. Заполошная стрельба, шлейфы дыма над городом, невиданные транспортные средства, исторгнувшие из своих недр десятки танков, чудеса пилотажа на “Франце”. Мои собаки с перепугу моментально наделали лужи в центральном салоне корабля — раньше они летали исключительно на тихоходных транспортных самолетах вроде “Дугласа С-47”. Впечатления незабываемые, что и говорить.
Прилетел на корабле старый приятель доктора Гильгофа — некий капитан Казаков. Под термином “капитан” я подразумеваю армейское звание, а не должность командира судна. Подозреваю, что рейдер может отлично управлять самим собой и выполнять задачи вообще без участия человека. В данном случае господин капитан лишь корректировал действия наземных войск с воздуха, причем не самостоятельно, а в компании весьма хмурого германского оберста и его помощника в чине майора. Едва нас приняли на борт “Франца” и приказали как следует пристегнуться, как Казаков вихрем взлетел по винтовой лестнице в тактический центр корабля и не показывался до времени, пока рейдер не совершил посадку в освобожденном от пехоты Халифата Бланьяке.
Как выяснилось позднее, оберстом-полковником являлся командир дивизии “Хаген” Эрнст Вюнше, а его недовольство вызвали именно мы и никто другой: пришлось потерять целых семь минут на спешную эвакуацию — Казаков настоял.
