Аббас – египтянин. Но учился в России десять лет назад. Получалось, что он немного моложе меня, но это совсем не важно. Теперь Аббас занимается коммерцией. Приходится много ездить: Каир, Москва. В Каире у него родители, квартира недалеко от пирамид.
Мы пошли на дискотеку, где танцевали до утра. Пока Аббас провожал меня, мы все говорили и говорили. Со своим человеком темы для разговоров всегда находятся. Признаться, очень не хотелось с ним расставаться в тот вечер. Мы целовались всю дорогу. Но чтобы он не подумал чего – все-таки первый вечер, – я не пустила его в номер.
На следующий день Аббас снова приехал ко мне. Целый день мы купались, валялись на пляже, пили вино и, глядя на теплое море, просто болтали. Аббас оказался очень внимательным мужчиной. Обо мне он хотел знать абсолютно все, даже самые скучные подробности жизни, вплоть до моей работы в самых тонких деталях. Ему очень польстила моя должность. Он гордился моими достижениями! Ужинали мы в ресторане, а после под южными звездами лежали у моря, взявшись за руки. Там, под теплым покровом южной ночи, я больше не смогла сдерживать себя и отдалась ему прямо на пляже. Ах, какой Аббас любовник! Но это не просто секс – это восторг. Так хорошо бывает только, когда ты любишь и тебя любят. Все же через голову идет.
Все последующие дни до самого окончания моего отпуска мы были неразлучны. Аббас не женат. Но давно хотел завести семью, только никак не мог найти подходящую женщину, которую смог бы полюбить всем сердцем. Свадьбу решили сыграть через две недели в Каире. Жить планируем у Аббаса. Он мне показывал фотографии своей Каирской квартиры. Мне понравилось. Места для жизни на первое время нам хватит. В Москву полетели вместе. Аббасу как раз надо было туда по делам. Он, само собой, остановился у меня.
Вскоре после прилета Аббасу кто-то позвонил. Разговор был на арабском. Когда он повесил трубку, на нем лица не было. Вначале отмалчивался. Но я настояла. Выяснилось, что пропал товар, и теперь ему угрожали. Нужно было либо в самое ближайшее время достать деньги, либо закрывать бизнес и срочно уезжать в Каир навсегда. Но в этом случае прежде, чем жениться, ему, как порядочному мужчине, надо было бы вновь раскрутиться, чтобы чем-то кормить семью. А это годы.
Денег нужно было не так уж и много, пять миллионов рублей. Но взять их было неоткуда.
Я ночь не спала, ломала голову, как помочь моему любимому. И все думала, проектировала в голове будущую реальность, чтобы все наши проблемы разрешились, чтобы мне уехать из этой слякоти в солнечную страну, где фрукты круглый год на деревьях растут, где море теплое и нет дождя со снегом.
На следующий день я от нечего делать заскочила на работу. Там все без изменений. Шеф еще не возвращался из командировки. Кадровичка Виктория, как мне сказали, была на больничном. Я уже собралась было идти домой, но потом, от нечего делать села за свое рабочее место и открыла систему «банк-клиент». Представьте себе, тем самым утром на счет компании упала кругленькая сумма. Четыре миллиона. А еще говорят, что мысль нематериальна! Аббас быстро понял, в чем дело. Он лихой парень! Ему, правда, нужно было пять, но он сказал, что и этого на первое время хватит, а там что-нибудь придумаем. Свадьбу решили не откладывать!
Леонид Яковлевич должен был появиться в офисе через два дня. Надо было торопиться. И ближе к вечеру я совершила перевод на всю сумму. Платежные реквизиты подставной фирмы мне сообщил Аббас.
Будут ли меня искать? Вряд ли. Аббас сказал, что из-за такой маленькой суммы никто и не почешется. Но, думаю, из страны лучше все же поскорее смотаться, меня и без того коллекторы за неуплату кредитов одолевают. Да и что я тут забыла?
Сейчас пакую чемоданы. Утром улетаем в Каир. Я уже выбрала рейс и оплатила билеты. Аббас вот только что-то задерживается. И телефон его почему-то отключен.
Лежа на диване в сладкой полудреме, Сергей, словно холеный большой домашний кот, слегка потянулся и издал звук удовлетворения, действительно напоминающий кошачье мурлыканье.
Потом он лениво приоткрыл глаза. Его взору открылась привычная картина – просторная студия, обставленная с большим вкусом. Чувствовалась рука профессионального дизайнера: изысканная мягкая мебель, черный как смоль паркет, светлые стены с интригующими черно-белыми фотографиями, барная стойка серого мрамора, окно до пола, за которым открывался вид на большой город. Наконец взгляд Сергея остановился на циферблате старинных часов «Павел Буре», разместившихся на тумбе, под зеленым абажуром большой лампы. Стрелки сошлись вместе на двенадцати.
Холеная рука хозяина студии, хранившая следы маникюра, дотянулась до книги под названием «Моби Дик», раскрытой на двадцатой странице. Крупные пальцы уже было сомкнулись на обложке, но потом, следуя за кистью, вяло опустились на ковер.
