Впрочем, зря я о ней так. Виктория за два бокала вина тем же вечером в кафе весь разговор с шефом слово в слово мне выложила. Привожу наш разговор.
– Дела твои дрянь, Люба, – начала она многозначительно.
– Что такое-то? Не тяни!
– Вообще-то, шеф сказал, что это строго секретно.
– Ну, Вика, мы же свои люди! Кстати, еще бокальчик вина?
– Только если закусим чего-нибудь.
– Давай, я угощаю.
– Ну, хорошо. Только смотри, я тебе ничего не говорила.
– Это само собой.
– Говорит мне шеф: «Какая бестолочь эта Люба оказалась! Надо бы ее уволить. Вы подготовьте документы и поговорите с ней. Мне самому это как-то не очень удобно».
Я спрашиваю: «А что такое? Случилось-то что?»
«Врет все время. Несколько раз ловил ее. Только что про возраст соврала. Но это мелочи. Она тут кредитов на четыре миллиона рублей набрала. А у нее отродясь таких денег не водилось. Чем она думала? И еще зарплату просит ей повысить. Видно, не в себе тетка совсем. Как бы она теперь чего на работе не выкинула. У нее же право подписи на платежных документах.»
«Леонид Яковлевич, а может ей действительно зарплату повысить?» – предложила я робко.
А он прищурился и отвечает: «А что, хорошая идея. Давайте раз в пять повысим, чтобы она могла по своим долгам расплатиться, правильно?»
Я молча закивала и даже обрадовалась.
А он добавляет: «Уполовиним зарплату всех сотрудников, как раз хватит. С вас, Виктория, и начнем».
Тут я поняла, что это шуточки у него такие.
«Сейчас же отведите ее в переговорную и скажите все, что в таких случаях полагается», – нахмурив брови, отдал указание шеф.
«Леонид Яковлевич, может, не надо?»
«Чего не надо? Вы должны защищать интересы организации!» – рявкнул он.
Я от страха вжала голову в плечи.
А он посмотрел на меня волком и сказал:
«Вижу, от вас толка мало. Сам с ней поговорю. Эх, надо бы прямо сейчас, но не успею – у меня встреча с клиентом начинается, а это до позднего вечера, – он закатил глаза под потолок. – Завтра в командировку с утра улетаю. Из командировки через три недели вернусь. Тогда и уволим ее. А вы пока документы подготовьте: по соглашению сторон. Три оклада ей выплатим, пусть радуется. И чтоб рот на замке! И вот что, отправьте-ка ее лучше в отпуск до моего приезда, от греха подальше. С этим-то вы уж, надеюсь, справитесь без моей помощи. И обязательно проследите, чтоб она на работе за это время не дай бог не появилась.»
– Так что ты Люба, уже в отпуске находишься. Отпускные тебе на карту переведут завтра.
– Гадина какая! – чуть ли не закричала я. Несколько посетителей обернулись на нас.
– Тише ты! – кадровичка боязливо завертела головой по сторонам. – Обещала же, что все между нами!
– Не боись, не сдам.
Быстро покончив с едой и вином, толстуха в тревоге ретировалась, а я взяла себе еще бокальчик красного и стала смотреть в окно. Там снег, слякоть. Так мне стало себя жалко. Хоть бы провалилось это все. Или, черт с ним, пусть все тут остается, как есть, а самой бы сдунуть куда-нибудь. Туда, где солнце, тепло, фрукты! И чтоб, конечно, нашелся бы там настоящий мужчина, который может защитить хрупкую женщину У меня навернулись слезы, и я закрыла глаза. А сама все думала о другой солнечной стране, где нет никаких долгов, да и вообще никаких проблем. А мысли, я же вам говорила, материальны. И они снова начали сбываться. До моих ушей донеслись слова диктора.
Я подняла глаза на экран телевизора и увидела рекламу горящих дешевых туров в Египет. Отчего бы мне туда не съездить на недельку? Все лучше, чем здесь киснуть. С деньгами проблем нет: отпускные мне на карточку переведут, виза не нужна. Одним словом, через два дня я уже купалась в теплом море Хургады. И никакой вам слякоти и холода.
Поначалу время летело незаметно, но к вечеру второго дня, когда я прогуливалась по курортным улицам, на меня накатила тоска. Я зашла в кафе, выпила пива. Вокруг меня бродили веселые толпы туристов, но никому из них не было дела до хрупкой одинокой девушки. Одиночество – страшная штука! В голову полезли мысли о моих московских проблемах, и стало совсем невесело. И тут…
– Почему такая девушка плачет? – услышала я мужской голос с сильным иностранным акцентом.
Я открыла глаза. Передо мной стоял восточный смуглый красавец. Кучерявые, черные как смоль волосы. Среднего роста, крепкого телосложения. Под обтягивающей модной цветастой рубашкой отчетливо выступали контуры накаченных грудных мышц, бицепсы так и играли. На животе – ни грамма жира. С таким не страшно, если что. Брюки наглажены, надраенные ботинки. На пальцах увесистые золотые перстни. Сразу видно, обеспеченный мужчина. Я словно онемела и смотрела на него, не в силах вымолвить слова.
– Могу ли я тебя угостить? – произнес он чуть ли не по слогам.
– Можешь, – и я улыбнулась.
Он заказал два бокала вина. Мы как-то очень быстро нашли общий язык – совпадение взглядов, наверное. Что бы я ни говорила, тут же выяснялось, что Аббас – так звали моего нового поклонника – того же мнения. Уже через час я поняла: это мой человек. То есть он думает, а главное, чувствует, как я. А какие у него умные глаза!
