Остров Сумбава прославился на весь мир 5 апреля 1815 г., когда там произошло грандиозное извержение вулкана Тамбор. На полторы тысячи километров разнесся гул от мощного взрыва. Все небо покрылось черной зловещей пеленой. В воздух были выброшены колоссальные массы пепла, песка и вулканической пыли. В течение трех дней территория, равная Франции, на которой проживали миллионы людей, была во власти кромешной тьмы. Слой пепла достигал 60 сантиметров. Цветущие сады и поля были превращены в безжизненную пустыню. Это извержение оказалось самым крупным в истории человечества по количеству жертв: около 92 000 человек. Одни погибли непосредственно при извержении, а другие — в результате вызванного им голода.
Мы попали на Сумбаву под вечер и своим появлением на единственной улице бедного рыбацкого поселка вызвали бурю восторга у местной детворы. Смех, вопли и крики: «Хеллоу, мистер!» раздавались со всех сторон.
От паромной переправы в глубь острова уходит одна-единственная дорога — даже не нужно ни у кого спрашивать направление. Но, пройдя несколько километров, мы неожиданно вышли на развилку. Куда же сворачивать? Направо или налево?
Спросить не у кого. Несколько грузовиков, прибывших на остров вместе с нами на пароме, уже прошли, а возвращаться в поселок лень. Мы в нерешительности застыли перед дорожным указателем.
Из поселка за нами, видимо, наблюдали не только дети. Примерно через полчаса оттуда приехал мотоциклист.
— Проблемы?
— Нам нужно на паром до Флореса, — я постарался объяснять просто и понятно. — Но мы не знаем, в какую сторону свернуть. В ту? Или в эту?
— Туда, — он показал пальцем налево.
Так определилось направление. Оставалось только поймать попутную машину. А вот с этим-то как раз и возникли проблемы. Дорога шла вдоль берега моря через абсолютно дикие леса и горы — что в одной из самых густонаселенных стран мира было удивительно. Транспорт же отсутствовал напрочь!
Мы шли по темной пустынной дороге уже примерно час, когда сзади появились фары пикапа. Я махнул рукой. Но машина остановилась только метров через пятьдесят. Водитель, видимо, не мог поверить своим глазам: ночью посреди густого темного леса прогуливается парочка европейцев. Поэтому-то он и не смог сразу найти ногой педаль тормоза.
В Сумбава-Бесар мы попали в то время, когда поздняя ночь уже начинает переходить в раннее утро. Возле католической церкви Санг-Пенебус болталось несколько парней. Они тут же бросились будить священника — несмотря на все наши возражения. Как вскоре выяснилось, они прекрасно понимали, что делают. Джон Нурунг обрадовался нам так, как редко кто радуется даже приезду своих ближайших родственников. И понятно почему. Три года он учился в Ватикане, а во время каникул объездил пол-Европы автостопом.
Хотя полицейские в джипе, подобравшие нас на дороге, гнали изо всех сил, на пристани в Серо мы появились слишком поздно. В Индонезии, где опоздание на пару часов и опозданием-то не считается, паром ухитрился ускользнуть буквально у нас перед носом! А ведь если бы мы приехали на него вовремя, он бы наверняка еще полдня болтался у причала.
После нас на пристани появилось еще несколько опоздавших. Нам предложили за 200$ арендовать катер. На каждого выходило чуть больше 20$, но и это для нас было запредельно дорого! Нужно было ждать следующий паром. А он пойдет только на следующий день в 16.00.
Прибрежная деревушка была на редкость бедная и убогая. Я предложил Татьяне Александровне устроить кемпинг на берегу моря. Она к моей идее отнеслась без энтузиазма — в Малайзии, Сингапуре и Индонезии мы еще ни разу не спали под открытым небом, но ничего лучше предложить не могла. Не сидеть же всю ночь на лавочке у паромной переправы или спать тут же — на грязном и замусоренном пляже.
Я предположил, что за грядой невысоких холмов берег моря должен быть значительно чище. Мы пошли напрямик, по тропинке, петлявшей через кокосовую плантацию. Там в земле ковырялся мотыгой молодой парень. Что удивительно — англоговорящий!
— Вы куда?
— К морю.
Парень стал долго и подробно объяснять, как пройти (до моря оказалось значительно дальше, чем я предполагал), а когда закончил, все же не смог удержаться от вопроса:
— А зачем идти на море?
— Переночевать.
— Зачем же вам спать на берегу? Пойдемте ко мне. Дом у меня бедный, но место для вас найдется.
В деревне мы произвели фурор: деревенские жители, видя, как мы идем по улице, бросали все свои дела и застывали как вкопанные, а детишки увязывались вслед за нами. Так мы оказались во главе длинной процессии. Когда вошли во двор и сели на стулья под домом (он стоял на сваях), толпа прорвалась через ограду и окружила нас плотным кольцом. Среди любопытных оказался и Мухаммад Тахир — школьный учитель английского языка. Он пригласил нас перейти к нему.
— У меня в доме вам будет комфортнее.
