Барбара покраснела. Коля оценил «заботу» самца по отношению к своей паре. До бара они доехали за пятнадцать минут. На парковке стоял красный Ольцваген, пикап, два джипа (один снят на прокат Шереметьевым), салатовый «жук». Лена потянула Барбару в бар. Коля всё задавался вопросом — на глазах у своей семьи Лена избегает его? Потому что наедине она лоснится к нему, но при других предпочитает держаться на расстоянии.
На кухне вовсю орудовал Степан. Самки отправились в его спальню, чтобы навестить Колю, у которой уже сидела Кристина. Борис и Николай зашли на кухню. Здесь также присутствовали ещё два оборотня. Один совсем молодняк, другой похож на телохранителя. Но оба помогали Степану в готовке.
Хозяин бара представил Колю и двух самцов друг другу. Владиславом звали щенка, который состоял в семье (а не в стае, вспомнил одно из воспоминаний Николай) Степана вместе с его парой Кристиной. Яном звали телохранителя, который оказался стражем для Николаи и её щенков. Каждому оборотню известно, что было в прошлом с белыми волчицами, поэтому Коля согласился, что стражник не помешает легендарным волчицам.
Самки помогли Николае одеть волчиц, и они спустились на кухню. Стол уже ломился от обеденных яств. Ян принёс люльку-баунсер для близняшек и поставил недалеко от стульев Жмуровых. Кристина положила Камелию в люльку, а Николая Лилию. Волчицы с улыбками осмотрели всех присутствующих.
— Луна и звёзды, волчицы твоя копия, Николяша, — улыбаясь племянницам, сказала Лена.
— Значит, следующие щенки будут в меня, — говорит Степан.
Когда он первый раз взял на руки своих волчиц, а Полина сделала сравнение, то Коля пообещала, что следующие щенки будут точной копией Степана не только внешне, но и характером.
— Не дай Луна, — шутливо сказал Боря, — нам хватает одной хмурой тучи.
— Они будут мило-хмурыми тучками, — посмеялась Коля, присаживаясь на свой стул, — как их папа.
Николай заметил, с какой любовью хозяин бара посмотрел на свою пару. Ему Степан не показался угрюмым, скорее серьёзным. Боря весёлым, Лена остроумной, Николая доброй, Барбара застенчивой, Владислав подражающим (он прямо заглядывал в рот Степану), Кристина прямолинейной, и самым острожным Ян. Казалось, что он сидит не в тёплой семейной обстановке, а на «стрелке» бандитов. Он, вообще, не принимал участие в разговорах семьи, хотя Николая неоднократно втягивала его в общение, он просто односложно отвечал и снова умолкал.
Все сидели со своими парами. Шереметьев сидел рядом с Леной, по-хозяйски положив руку на внутреннюю сторону бедра. Он ждал её реакции. Лена накрыла своей рукой его и слегка сжала.
— Ну что ж, приветствую тебя в нашей семье, — обратился Степан к новому члену.
Самки улыбнулись, самцы ограничились кивками.
— От себя хочу, — весело начал Боря, — принести соболезнования. Тебе досталась самая несговорчивая самка на планете.
— Боря, — протянул Степан, а Барбара тыкнула своего самца в бок.
Лена пропустила шпильку мимо, снисходительным взглядом смерив брата.
— В умелых руках и капризное дитя послушное, — важно изрёк Николай.
В глазах Лены высветился вызов, мол, проверим? Луна, как он обожал это! Уголок его губ поднялся в ответном вызове. Боря издал смешок, но следом серьёзно с нотками угрозы добавил:
— Но если ты её обидишь, мы не посмотрим, что ты её пара!
Степан и Боря открыто, и не мигая, посмотрели на Шереметьева. А Лена в который раз испытала нежные братские чувства к своим названным братьям.
— Я предпочту стать чучелом охотника, чем обидеть мою волчицу.
Стёпа кивнул, его губы расслабились в лёгкой улыбке. Обычно в стаях в пары родственники не лезли. Но они не являлись стаей. А в семье, если кого-то обижают, имеют право заступиться.
— Ну, а теперь пора обедать, — весело и непринуждённо сказала Николая, — Я голодная.
— Николяша, волчицы уже держат головки, — восхищённо сказала Лена, — Скоро переворачиваться на животик будут и обратно.
— О, сестра, ты права. С человеческими детёнышами не так.
— Малыш, кости оборотней быстрее крепнут. Скоро они ползать начнут, — похвастался отец.
Николая поцеловала Степана в щёчку. Ей надо было чувствовать этот тактильный контакт со своим волком.
— У тебя, как у учёного, имеются вопросы? — спросил Степан.
— Мне просто не понятно, как наши благодетельницы разрешили своим детям запечатлеваться с людьми, — проговорил Николай, — Но это ведь не вопрос к науке.
— На этот вопрос у нас нет ответа. Мы с Колей запечатлелись и нам не объяснили почему, — сказал Степан, — когда рыжая волчица подрастет, ответит нам на этот вопрос. Но я не жалею ни секунды.
— Я так полагаю, что ты увидел при запечатлении с Леной, как мы добились разрешения на семейные отношения, — констатировал факт Боря.
Шереметьев кивнул. Они нашли выход, чтобы остаться с парами до смерти.
— И мне не понятно, почему дважды прошёл обряд.
— Мы все прошли его дважды, — сказал Владислав, пожимая плечами.
— Первый раз при встрече, второй при спаривании, — добавила Кристина.
— Мы предполагаем, что это из-за того, кем мы являемся, — сказала Николая.