Волчье Иго (СИ) полностью

Пока Тим приближал точку, Энзо думал, о чем они с Каей разговаривали в последнее время, когда воровство ушло на второй план. И понял, что… Они чаще всего вспоминали былые времена, вспоминали школьные проделки или удачные сворованные вещицы. Может, не только постепенно нарастающие чувства к Амелии отдалило его от единственной подруги? Могло ли это быть потому, что они никогда на самом деле не были близки? Они были лишь партнерами. Коллегами. Но друзьями…

Кажется, Энзо совсем не знал, что такое дружба. Наверное, то, что Кая сейчас с ним, подтверждает ее преданность, а преданность – показатель дружбы, так все говорят.

А когда он, собственно, Энзо, был предан ей?

Она вдруг берет его за локоть, когда Тим начинает говорить.

– Так называемый Ник сейчас на небольшой пустоши, где нет деревьев. Не спрашивайте, откуда я знаю, можете просто похвалить мои способности детального выслеживания. Вокруг – какое-то препятствие. О вот, смотрите, он движется, и вот наткнулся на что-то, видите? Думаю, это и есть то препятствие.

Ник и правда двигался, но буквально через пару секунд вновь застыл на месте.

Энзо прекрасно знал, куда его ведут. И судя по расширившимся зрачкам Каи, она тоже об этом прекрасно знала.

***

Что может быть лучше того, чтобы быть запертой в мертвом кафе, совсем как принцесса в заколдованной башне?

Быть запертой здесь с ощущением, что ты ничего не можешь сделать. А еще, она, можно сказать, не была запертой. Да, она врала самой себе. Да, она докатилось и до этого.

Амелия заперла себя сама, по указанию Энзо. Она могла выйти в любой момент, но не делала этого. Потому что она думала. И потому, что ее защищали.

Она шагами исследовала два этажа кафе вдоль и поперек. Разогрела еду из холодильника, которую, кажется, привез Энзо. Так называемая паста была неплоха на вкус, правда была довольно острой, совсем как длинный язык Каи.

Она включила маленький телевизор на кухне Уолсена, и приспособилась к пульту управления. Она видела, как ловко пользовался им Виль, когда шел очередной эпизод его очередного супергеройского сериала. После музыкального канала с отвратительной музыкой, которую обычно слушала Кая, на экране появился человек со стопкой бумаги в руках.

– Новости, – вслух сказала Амелия, испугавшись собственного голоса. Она уже видела их раньше.

Мужчина в телевизоре выглядел совсем не радостным, поэтому несложно было догадаться, что речь шла не совсем о приятных вещах.

– …исторически Патрийцы являются обладателями лесов Алиены, и дружественные отношения с ними являются важным условием для поддержания внешнего порядка. По словам Мэра, переговоры с племенем также важны, как переговоры с главнокомандующими соседних стран. Все эти годы Патрийцы добровольно растили детей, родители или опекуны которых избрали для них религиозный путь, главным критерием которого являлся отказ от современных технологий. Еще ни раз Патрийцы не отказывались от переговоров с Мэром нашего города, однако сегодня представители племени отказались присутствовать на ежегодном обсуждении планов для укрепления дружественного сотрудничества политиков и племени. Сегодня утром Мэр прокомментировал данное событие на пресс-конференции…

Картинка с угрюмым ведущим исчезает и на экране появляется мужчина с лысой головой и чистым, как у младенца, лицом. Глаза его при этом оставались пустыми, а уголки рта были опущены. Амелии показалось, что он тщательно пытается скрыть фрустрацию. Может, даже панику.