Красивый летний день в середине июля, который большинство людей проводят на берегу у воды, лежа в тени с мороженым. Слишком жарко: в магазинах есть люди, только потому что там они могут найти прохладу.
День, который для большинства не ассоциируется с горем, потерей, похоронами.
Она столько их видела.
Пять тысяч лет прошло с первых, и с тех пор шел мощный, неиссякаемый поток. Что она знает с полной уверенностью: если человек выбирает жить у нее, то у нее он и умрет однажды.
Такова жизнь.
Легче от этого, конечно, не становится тем, кто стоит у открытой могилы. Женщина и двое ее почти взрослых детей. Оплакивают мужа и отца. Она собрана, сдержанна, пытается сохранять самообладание. Сын плачет, вспоминает и скучает. Дочь тоже плачет, но к горю еще примешивается подозрение, молчаливое обвинение, что мама как-то связана со смертью папы.
На похоронах есть и другие гости. Мужчина, который любит ее. Который сомневается, соглашаться ли на работу в Умео. Или остаться. Ради нее.
Другие ее коллеги. Несколько соседей. Правда, никаких друзей. Никого из самых близких.
Когда церемония заканчивается, они расходятся. Каждый в свою сторону, никакого сбора после. Мама и дети уходят домой. В дом, где они никогда без него не жили. Без мужчины, которого оставили на кладбище.
Она видит их, сочувствует, но что она может сделать? Она — город. Она просто есть и живет дальше.
Как она делает всегда. Всегда делала.
Приветствует новых жителей и оплакивает ушедших, молча и терпеливо простираясь вдоль вечного течения реки.
— Думай!
— Я думал, я не знаю.
— Ты лучше всех его знаешь.
Кеннет не ответил, только устало пожал плечами. Сандра задумалась. Она ему верила. Верила, что он действительно прикладывает усилия, чтобы помочь. Она уже около месяца спрашивает его об одном и том же. Он просто не знает.
Что, черт возьми, Томас мог сделать с деньгами?
Ее деньгами.
Которые должны были принести ей простую новую жизнь. Позаботиться о том, чтобы ей больше не пришлось беспокоиться о таких вещах, как лежавшие перед ней на кухонном столе счета. Она была на больничном из-за руки, Кеннет, как всегда, ничего в дом не приносил. Жизнь уж никак не была простой.
Полицейские, конечно, приезжали к ним, задавали много вопросов. Что Сандра делала около домика, когда застрелили Томаса? Почему она была там вместе с застрелившей его женщиной?
К счастью, они успели все обсудить перед первым допросом, и оба сумели придерживаться отрепетированной истории. О том, как сумасшедшая женщина просто пришла к ним домой, по какой-то причине уверенная в том, что они имеют отношение к сбитому в лесу русскому. Почему она так думала, они не знают. Чтобы выманить ее из дома, им пришлось сыграть, сказать, что они могут показать ей место с тем, что она ищет. Кеннет позвонил Томасу, который подъехал… да, остальное им уже известно.
Почему они позвонили не в полицию, а Томасу?
Кеннет не смог сдержать слез, когда говорил, что хотел бы позвонить в полицию, но в тот момент не подумал. Томас всегда им помогал, во всем…
Сначала полиция была настроена скептически, но когда они потом нашли наркотики в машине у женщины и мертвого УВ в багажнике его автомобиля, то, похоже, потеряли интерес к Сандре и Кеннету. Вероятно, пришли к выводу, что раз у УВ были наркотики, то деньги тоже должны быть у него — они просто их не нашли.
Как только полиция перестала ими интересоваться, они поехали обратно, подошли к разрушенному зданию, убедились, что в старом тайнике денег нет, и начали искать. Целыми днями бродили по участку и по лесу. Все больше расширяя круг. Искали признаки того, что кто-то копал, что-то перемещал, тащил или прятал. Безрезультатно. Они даже совершили взлом домика, прочесали внутри и снаружи каждый сантиметр. Ничего.
— Он мог их спрятать дома, как думаешь? — спросила она сейчас, прекрасно понимая, что они только что уже говорили на эту тему. Но она занимала все ее часы бодрствования.
— Тогда их наверняка нашла Ханна.
— Не факт. Он сказал, что собирается отдать их детям. Думаешь, он успел им рассказать, куда их спрятал?
— Нет.
— Позвони Ханне, скажи, что мы хотим заехать в гости, проведать ее, так что мы сможем немного осмотреться.
— Сандра…
Она повернулась к нему. Ему это не нравилось, она знала, особенно потому что он чувствовал себя виновным в смерти Томаса. Но его чувства сейчас не имели значения.
— Что не так?
Очевидно по этим трем коротким словам, что она не хотела, чтобы ей сейчас противоречили или спорили с ней. Он сразу все понял.
— Ничего, — сказал он и, вздохнув, взял телефон.
Вот и хорошо. Сначала Ханна, Габриэль и Алисия, а потом она свяжется с коллегами Томаса, может, с кем-то из соседей. Она примерно знала, когда он забрал сумки, можно попытаться установить, где он был после этого и до момента, когда был застрелен. Можно ли как частное лицо получить данные с его телефона? Его местоположение? Стоит попытаться.
Она должна вернуть деньги.
Свои деньги.
Это минимум того, что она должна сделать.
