Стражники перед массивными дверями замковой темницы заранее настроились на скучнейшее времяпровождение. Долбаные святоши не нашли лучшего времени для ловли Зверей, а сержант, чтоб ему после смерти икалось в заднице Нечистого, выбрал в караул именно их! Наверняка эта скотина Пфайфер мстит Уве за ту рыженькую маркитантку. Сержант сам виноват, не хрена было жмотиться, рыжая стерва дорого берет, но зато в возке тако-ое вытворяет!.. А тут стой как дурак под дверью, ни возка, ни рыжей... А Питер попал за компанию...
Уве оглушительно зевнул и с удивлением уставился на вынырнувшую из коридора парочку. Мальчонка лет шести в бархатном костюмчике, сафьяновых сапожках и с маленьким, но настоящим мечом на поясе. И семилетняя девчушка в обычной льняной кофте и такой же юбке, но вся одежда с оборочками. Ну прямо господин с экономкой пожаловали! Только два локтя в прыжке!
- Открывай! - скомандовал мальчишка. - Я забираю пленников!
Уве аж рот раскрыл от удивления. Зато Питер не растерялся:
- Чей приказ?
- Я - барон фон Кох! - сквозь зубы цедил мальчишка, приняв горделивую позу. - И хочу забрать свою няню! А ты должен мне подчиняться, кнехт! Немедленно открой дверь!
- А в рот тебе не плюнуть? - отмер Уве.
- Да как ты смеешь, быдло! - взвился мальчишка. - На конюшне запорю!
- Какой грозный! - скривился кнехт. - Ты, сопляк, никто, и звать тебя никак! Здесь теперь командует Орден Светочей веры. А за пособничество Зверям... - он гордо глянул на напарника: какие, мол, слова знаю, - полагается смерть. Как думаешь, Питер, смогу я развалить этого щенка одним ударом, а?
- Не торопись, - второй охранник с трудом сдерживал смех. - Это, и вправду, баронский младшенький.
- И что? Может, ему еще и Зверей отдать?
- Пусть благородные сами разбираются. А эти пока посидят со своей нянькой, раз им так хочется, - Питер подхватил наглого барончика под мышку и заколотил сапогом по дереву. - Открывай, парни, принимай пополнение.
Уве схватил отчаянно завизжавшую девчонку и попытался зажать ей рот. Зубы у паршивки оказались удивительно острые.
Олухи внутри чесались минут пять. За это время вредная девка чуть не отгрызла кнехту пальцы. Попытки врезать этому отродью Нечистого по голове успеха не принесли: девка извивалась, как змея на сковородке, и визжала, будто ее не бьют, а режут. Одна рука девкой и занята, а вторая... Да и последняя пинта пива явно оказалась лишней. Влепив со всего размаха себе в бок, Уве бросил попытки оглушить девку, зато додумался заткнуть ей рот подолом ее же юбки. Как выяснилось - зря. Паршивка умудрилась вслепую найти деревянным башмаком самое чувствительное место на теле кнехта. Вообще-то это было уже третье попадание, но наиболее удачное. Или, наоборот, неудачное, смотря с чьей точки зрения. От боли Уве чуть не выпустил добычу!
Но с той стороны двери, наконец, раздались шаги, неразборчивое кряхтение и хриплый голос недоуменно поинтересовался:
- Чего ломишься, мать твою козел с рогами имел?!
- Хорош спать на посту! - заорал Питер, добавляя эпитеты, многократно перекрывающие всё, что могли сказать изнутри: барончик тоже брыкался неслабо. - К нам премия пришла!
- Какая премия? - живо поинтересовался хор сразу из трех голосов.
- Денежная, вашу дедушку! - взревел Уве, пытаясь скрючиться, защищая больное место. - Открывай давай! Она же брыкается!
- Кто брыкается? - недоуменно спросили за дверью.
- Премия! - зарычал Питер. - Вашу Господу в душу через задницу Нечистого, свиное отродье!
- Вы как хотите, парни, - после недолгого молчания раздалось изнутри, - но я должен это видеть!
Послышался звук отбрасываемого засова, и дверь открылась. А за долю мгновения до этого Уве обернулся. Последнее, что кнехт увидел в своей жизни, был метательный нож, летящий ему в глазницу.
Коготь бросал с двух рук. Медвежонок рванулся вслед за ножами и, перепрыгнув через падающих охранников, влетел в открывающуюся дверь, ногой откидывая в сторону стоящего на пороге толстяка. Правый кулак влепился в челюсть второго кнехта, левая рука вломилась в грудную клетку третьего и с противным чмокающим звуком, словно сапог из трясины выдернули, вернулась обратно. Вильдвер перекатился, уходя от возможной атаки, и обнаружил, что больше драться не с кем.
Медвежонок высунулся обратно:
- Чисто!
- Это у нас кто? - спросил Коготь, вытаскивая из-под тела с ножом в затылке мальчишку лет шести.
- Маленький барон. И Сабина, - сообщил Вилли. - А вы откуда здесь взялись?
- Если я правильно понял, твои друзья решили спасти узников, - хмыкнул Коготь. - Полный замок малолетних отморозков!
- Кого? - переспросила внучка экономки и сглотнула, обнаружив, что лежит на трупе с торчащим из глазницы хвостовиком. В половине локтя от лица девочки.
- Самоубийц, мечтающих сгореть в Очистительном пламени! - разъяснил старший. - Быстро по кроватям. И вы сегодня нигде не были, ничего не видели и спали всю ночь, как убитые!
- А вы кто? - барончик будто и не услышал.
- Кони в пальто! - выругался Коготь. - Спасательный отряд батьки Перуна! Быстро по постелям! Нам еще из замка выбираться!
И скользнул внутрь, таща за собой Вилли.
