— Я просто хочу выпить.
— Вера, тогда нам нужен трехместный номер, — пошутила Рида. — Товарища тоже придется лечить.
— Без проблем, главное, пусть пьяные шашки с собой захватит в больничку, чтоб нам лечиться не так скучно было.
Они дружно расхохотались, но Яниса отвлек звонок Дани, и он вышел, оставив подруг как бы досмеиваться. Пока говорил с братом, Вера аккуратно развернула доску другой стороной, присвоив себе шашки Майера. Внешне стопочки отличались лишь гравировкой по краю. Честно говоря, с каждым глотком различать рисунок становилось все труднее.
Рида хихикнула.
— Думаешь, он не заметит?
— Нет. Я уже сама с трудом понимаю, как ходить и какие из них мои. Но я должна у него выиграть. Чисто из принципа.
— Я не пойму, чего ты еще к нему не переселилась?
— Не начинай, — сразу оборвала Вера. — Эта не та история. Не тот человек. Не смей попадать под его обаяние.
— Ну знаешь, — словно бы обиделась подруга, — я сама буду решать, под чье обаяние мне попадать или не попадать.
— Все вообще не так, как тебе видится.
— Знаешь, что мне видится? Что я здесь лишняя. Но я дома и не могу уйти, а то бы уже оставила вас наедине. — Продолжила, понизив тон: — Ты даже не представляешь, насколько все очевидно со стороны.
— Ты как никто другой прекрасно знаешь, что секс — это не отношения. Можно спать и не быть в отношениях, — лениво отмахнулась Вера.
— Я-то знаю, но до тебя мне все равно далеко. Ты умудрилась десять лет замужем быть и при этом не быть в отношениях со своим мужем, — расхохоталась Рида. — Так. Где наш противник? Я готова к большой игре.
— Я здесь. — Майер вновь появился в кухне и занял свое место.
Рида следила за его реакцией, за взглядом, которым он окинул игровое поле. Янис ничего не сказал, будто и не заметил, что доска развернута. Хотя Рида не сомневалась: от него не укрылся их мухлеж, просто не стал говорить. Мысленно она поставила ему очередной плюсик.
— Большая игра, говорите? Большая игра предполагает выигрыш. В большой игре на интерес не играют.
— Что предлагаешь? — деловито поинтересовалась Рида.
— Например... — на миг задумался он, — если выиграете вы, я исполню по одному вашему желанию.
— Любое можно загадывать? — уточнила Вера.
— Любое. Кроме того, что ты и так постоянно от меня требуешь. Нет, это нельзя. Не считается. Не сработает.
— Жаль, — покривилась Вера.
— Меня устраивает, — согласилась Рида и задала резонный вопрос: — А если выиграешь ты? — и тут же сама на него ответила: — Твоим призом будет Вера.
— Вера в качестве приза меня очень устраивает.
И только сама Вера возмутилась:
— А почему я должна за двоих отдуваться?
— Потому что других вариантов нет, — засмеялась Рида.
— Ладно. У нас одна попытка, — предупредила Вера. — Боюсь, я просто не осилю вторую партию, все же не минералку пьем. Если выиграешь ты, то едем к тебе. Выиграю я — еду домой. Ходи.
Янис рассмеялся и «срубил» бренди.
— Пей, — скомандовала Вера подруге.
— Почему?
— Потому что я назначена призом и мне надо быть немножко трезвее.
— То есть ты уже готова проиграть? — спросил Майер.
— Не дождешься. Оговариваю условия. На всякий случай.
— И это правильно. Даже если выиграешь ты, мы все равно поедем ко мне.
— Почему это?
— Потому что я чудовище, и мне не положено играть по правилам. Можешь выигрывать сколько хочешь, свой приз я все равно заберу.
Рида поставила «чудовищу» еще один плюсик. Забрав у нее стопочку, Вера опрокинула в себя бренди и сунула в рот дольку шоколада, призванного смягчить горькое послевкусие от крепкого алкоголя.
— Вот видишь, во что мы ввязались? Как с ним можно играть?
Было совсем тихо в квартире. И темно. Только отсвет уличных фонарей расползался по стенам светлыми бликами. Янис уже разделся, а Вера все стояла, прислонившись спиной к двери, словно никак не могла от нее оторваться. Она попросила его не включать свет. Так славно, так упоительно быть в этой темноте. Не чувствовалась рядом пропасть. Не было тупика, в котором ощущала себя еще пару часов назад. И где-то растворились сомнения.
Свобода...
Несколько часов нетрезвой, иллюзорной свободы...
— Я выиграла, Майер. Почему я все равно у тебя в квартире? — спросила Вера и наконец пошевелилась. Ухватив конец шарфа, потянула вниз, пытаясь от него освободиться. Но он, обмотанный вокруг шеи, лишь затянулся петлей.
Вопрос был, разумеется, риторическим, но Янис все равно ответил:
— Потому что ты выиграла меня на моем игровом поле моими же шашками. Победа твоя — приз мой. Все по-честному.
— Ты видел, что я повернула доску?
— Конечно.
— А почему ты ничего не сказал?
— Потому что тебе можно все.
— Прям все?
— Прям все, — повторил он. — Даже использовать запрещенные методы и вести нечестную игру. — Распутав шарф, снял с нее пальто.
— Как хорошо, что ты не женат, и можешь привести меня к себе... а то пришлось бы нам снимать отель на час, — рассмеялась Вера и шагнула вглубь квартиры.
— Часа с тобой мне мало. Хочу всю ночь. — Майер не дал ей далеко уйти. Схватил за руку и снова притянул к себе.
