Он спохватился, что назвал главу имперской гвардии просто по имени, но было уже поздно что-то исправлять. Тем более, что после его разговора с сэром Родериком Альверин наверняка успел заметить, что характер Рикса изменился не в лучшую сторону, и теперь энониец не особо утруждал себя соблюдением приличий.
Южанин ожидал, что Альверин начнет расспрашивать, как вышло, что он бросил гвардию и стал простым разведчиком, но рыцарь спросил совершенно о другом.
— А как… она? По-прежнему в столице?
Криксу потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что Альверин имеет в виду Лейду.
Еще какое-то время понадобилось для того, чтобы собраться с силами и сказать правду. Удивляться и разыгрывать непонимание было бессмысленно — судя по тону Альверина, он отлично знал, какие отношения связывают Рикса с дочерью Гефэйра.
— Нет. Она сказала, что не хочет меня больше видеть, и уехала обратно в Гверр прямо в разгаре эпидемии.
Сэр Альверин провел ладонью по глазам. Крикс мрачно смотрел на него — и думал, что жизнь все-таки странная штука. Вот стоит человек, который по-настоящему любил Лейду Гефэйр и мог дать ей все, что оказался неспособен дать «дан-Энрикс». Надо полагать, с Фин-Флаэнном она и впрямь могла бы быть куда счастливее, чем с ним. Но Лейда почему-то выбрала оруженосца коадъютора.
Альверин поднял глаза на Рикса и кивнул.
— Теперь я понимаю, почему ты здесь.
Южанин покривился, но спорить, конечно же, не стал. Даже не потому, что заблуждение Фин-Флаэнна было ему на руку, а потому, что понял из слов Альверина больше, чем ему хотелось бы. Теперь «дан-Энрикс» уже не был удивлен, что Альверин, уехавший в Каларию, внезапно оказался в войске Родерика из Лаэра. В Каларии сейчас затишье, а Фин-Флаэнну нужна только война. И чем она опаснее и безнадежнее, тем лучше.
Вот ведь проваль, почему все так несправедливо…
— Я не знал, что Элрик — твой оруженосец, — сказал энониец, чтобы как-нибудь нарушить неуютное молчание.
Фин-Флаэнн качнул головой.
— Не мой… он был оруженосцем сэра Алистана, но потом старика убили, а Элрик остался тут совсем один. Я подумал, что я все-таки кое-чем связан с их семейством, и будет нехорошо, если я ничего не сделаю для брата Лейды.
— Понятно, — сказал Крикс насмешливо. — Значит, молодой Гефэйр болтался в лагере, как дерьмо в проруби, а ты решил ему помочь.
Сэр Альверин нахмурился.
— Может, ты скажешь, что вы с ним не поделили? Элрик, когда вернулся, был буквально вне себя, ты, я смотрю, тоже готов плеваться желчью… Что у вас произошло?
— Так, ничего особенного. Твой оруженосец попытался ткнуть меня ножом за то, что я мешал ему играть в пинтар, — осклабился южанин. — Кстати говоря, ты знал, что он игрок?
— Я… — Альверин замялся. — В общем, да. Но он пообещал…
— Пообещал, что больше не станет играть на деньги?.. Хегг тебя возьми, Фин-Флаэнн, ты действительно дурак! Чем полагаться на такие обещания, ты лучше отобрал бы у него кошелек и не позволял ему шляться по городу.
— Пожалуй, — печально согласился Альверин.
Крикс наклонился, вытащил из сапога «трофейный» нож, и, взяв его за лезвие, протянул рукоять Фин-Флаэнну.
— Оставь его себе, иначе твой Гефэйр его тоже проиграет, — сказал он не без едкости.
Фин-Флаэнн молча взял оружие. Только когда «дан-Энрикс» коротко кивнул и стал спускаться вниз, сэр Альверин окликнул его снова.
— Подожди, пожалуйста.
«Ну что еще?..» — мысленно застонал «дан-Энрикс», чувствуя непреодолимое желание лечь прямо на пол и заснуть.
Он вопросительно взглянул на Альверина, не желая подниматься вверх даже на несколько ступенек. Рыцарь понял это и спустился к нему сам.
— Я не сказал мессеру Родерику, кто ты, — негромко произнес он.
— Намекаешь, что я так и не сказал тебе «спасибо»? — криво усмехнулся Рикс. Сэр Альверин стоически терпел его манеры, хотя энониец видел, что они изрядно досаждают собеседнику.
— Нет, просто я хочу предупредить: я никому здесь не скажу, кто ты такой на самом деле, но сегодня же напишу сэру Ирему. Даже если ты решил оставить службу в гвардии, он вправе знать, где ты находишься.
Крикс выразительно приподнял брови.
— Вот как?.. Мне кажется, что ты неверно представляешь себе ситуацию, Фин-Флаэнн. Если лорду Ирему не наплевать на то, где я сейчас нахожусь и что делаю — то только потому, что коадъютор на меня чертовски зол.
— А мне вот кажется, что это ты_ неверно представляешь себе ситуацию. Или же притворяешься, будто неверно ее представляешь, — отозвался рыцарь, глядя прямо на него. Юноше сделалось не по себе. Неужто до Фин-Флаэнна дошли какие-нибудь слухи о его происхождении?.. Не может быть, сэр Альверин уехал из столицы раньше, чем об этом начали шептаться. И, однако, вид у Альверина был таким, как будто бы он собирался уличить «дан-Энрикса» во лжи. Меченый отвел взгляд, а Альверин спокойно продолжал — В Каларии, когда все думали, что ты погиб, а ты сражался под началом Астера, Ирем отнюдь не выглядел, как человек, которому «наплевать». И я уверен, что с тех пор ничего не изменилось.
Это было настолько непохоже на то, что энониец ожидал услышать, что «дан-Энрикс» нервно рассмеялся.
