- Я поеду с вами, монсеньор, - ответил он.
* * *
Алвинн в первый раз за много лет держал в руках книгу, но не мог сосредоточиться на чтении. Бездумно глядя на гравюру Дель-Герада, он уже минут пятнадцать не переворачивал страницу.
Маска, изготовленная по заказу Крикса, позволяла Алвинну свободно перемещаться по дворцу и даже выходить на улицу. В первый раз, когда он рискнул выйти в город, суета и яркость красок буквально оглушили его. Вместо удовольствия, которого он ожидал, Алвинн почувствовал растущую тревогу и странное чувство беззащитности. Пришлось признать, что приучаться к новым впечатлениям придется постепенно - сперва резиденция Валларикса, потом прилегающий к ней парк и площадь Четырех дворцов, потом - столичное Книгохранилище... Нельзя сказать, что гость Валларикса совсем не привлекал к себе внимания - и слуги, и придворные буквально пожирали Алвинна глазами, и он готов был биться об заклад, что за его спиной все эти люди с наслаждением чесали языками, обсуждая, кто же он такой. Но до скандального предположения, что гость правителя - Безликий, ни один из сплетников пока что не додумался. А это значило, что Меченый был прав, и Алвинн мало отличался от других людей - настолько мало, что они даже готовы были принимать его за своего. Это открытие шокировало Алвинна. Последние несколько дней он размышлял о том, не был ли энониец прав и в остальных своих предположениях.
И тем не менее, и во дворце, и за его пределами Безликий продолжал держаться крайне настороженно.
Какой-то человек, идущий по проходу между книжных стеллажей, неловко поскользнулся и cхватился за ребро его стола рукой. Единственной рукой, так как другой у него не было - рукав светлой рубашки был обрезан и зашит у самого плеча. Стол сильно пошатнулся.
- Ох, простите, ради Всеблагих! - произнес незнакомец, выпрямляясь. Голос у него был звучным и приятным, с нотками какого-то неуловимого веселья. - Я не хотел вам помешать.
- Ничего страшного, - отрывисто ответил Алвинн, ощутив такую же неловкость, как всегда, когда кто-то пытался с ним заговорить. С тем пор, как Крикс отправился в Хоэль, Алвинн ни разу не произнес больше шести слов подряд. Короткие распоряжения прислуге и пятиминутная аудиенция у императора, сказавшего, что Алвинн может оставаться во дворце до возвращения лорда дан-Энрикса - вот, собственно, и все. Безликий полагал, что этого вполне достаточно - и точно не стремился заводить какие-то знакомства.
Алвинн вспомнил, что буквально накануне видел однорукого на утреннем приеме во дворце - он прибыл из Кир-Кайдэ вместе с лордом Иремом и остальными членами имперского посольства. Только тогда на этом мужчине был зеленый бархатный колет с золотым знаком Семилистника, свидетельствующим о научных занятиях, а сейчас эмблема с семилистником была вышита простой нитью на его рубашке.
- Это, кажется, "практическая магия" Итлина Иорвета?.. - спросил однорукий, глядя на монументальный том, лежавший перед Алвинном. Безликий даже не сразу понял, о чем речь, но потом вспомнил, что та книга, которую он снял с полки, зацепившись взглядом за знакомое название, действительно была ничем иным, как "Опытами практической магии" - фундаментальным сочинением времен Великого Раскола.
- Да, - с ноткой удивления ответил Алвинн. Это прозвучало так, как будто бы он сам не очень понимал, как эта книга оказалась на его столе.
- Никогда не мог заставить себя дочитать ее до конца, - внезапно улыбнулся незнакомец. - Слишком уж сухое изложение. Но иллюстрации просто прекрасные.
Пораженный этим замечанием, Алвинн ничего не ответил однорукому - а сам попробовал представить, как бы среагировал этот ученый, если бы узнал, к кому он обращается. Тот расценил его молчание, как желание остаться в одиночестве, кивнул ему и отошел. Безликий удивленно проводил его глазами. Большинство людей, казалось, инстинктивно чувствовали, что от него следует держаться в стороне. Но обладатель вышитого на рубашке семилистника оказался исключением.
Алвинн попробовал сосредоточиться на чтении, и это ему даже удалось, но, тем не менее, время от времени он отвлекался и бросал косые взгляды в сторону стола, за которым работал однорукий. В отличие от большинства посетителей Книгохранилища, тот не читал и даже не делал какие-то выписки. Перед ним лежала кипа разрозненных листов, и однорукий что-то быстро и убористо писал на самом верхнем, с головой уйдя в это занятие. Когда Алвинн взглянул на него полчаса спустя, тот уже не писал, а перечитывал написанное, то вычеркивая целые абзацы, то сосредоточенно покусывая кончик своего пера.
В последующие дни Безликий часто видел необычного ученого в Книгохранилище. Если сам Алвинн приходил и уходил, когда ему заблагорассудится, то однорукий проводил в библиотеке целые часы, все время занимаясь своей писаниной. Это заставляло думать, что это занятие было для него не развлечением и отдыхом от дел, а собственно работой, которую приходилось выполнять по плану.
