- Вот именно. Но там опасность не особо велика - нарыв все-таки прорывается наружу. А у этого молодчика такой нарыв в кишках. Ты заметил, как тщательно я его осматривал?.. Боль в животе в принципе может означать все что угодно. Отравление, несварение желудка, колики - да мало ли! Но есть приемы, позволяющие отличить одни болезни от других, так что сейчас я совершенно уверен в том, что говорю. В правой подвздошной ямке есть такой отросток, и сейчас он воспалился - оттого-то и возникла эта боль. Если ничего не сделать, то отросток нагноится, потом лопнет, и больной умрет. К несчастью, наши врачи стали бы лечить его совсем другими методами - промывание желудка, рвотное, кровопускание... считается, что хирургия существует только для открытых ран. Именно из-за этого... впрочем, это сейчас неважно.
- Так вы дадите мне лекарство, мэтр?.. - встрял в беседу парень, утомившись слушать, как целитель и его помощник разговаривают на каком-то незнакомом языке. - Меня в пекарне ждут. Панфаль мне разрешил уйти только на полчаса. Мне, говорит, тошно смотреть, как ты одной рукой катаешь тесто, а другой хватаешься за свое брюхо, так что ступай к мэтру Ашаду, только поживее - одна нога здесь, другая там. А если вздумаешь меня надуть и завернуть в какой-нибудь трактир - останешься без жалованья. Старая ишачья задница...
- Кто задница, Панфаль?.. - задумчиво переспросил Ашад. - Впрочем, неважно. Лекарство я вам сейчас дам. Выпьете порошок, подышите немного паром над жаровней - и все как рукой снимет. - Он обернулся к "дан-Энриксу" и негромко сказал - Толченую белобородку, люцер и жаровню. Живо!
Крикс выскользнул из комнаты в подсобку, не зная, то ли восхищаться неожиданно открывшейся решительной стороной своего наставника, то ли считать его помешанным. Было совершенно очевидно, что после белобородки и люцера пекарь заснет мертвым сном, и Рам Ашад сумеет провести задуманную операцию, в чем бы она ни состояла. Но что скажет этот парень, когда, наконец, придет в себя?..
Впрочем, если бы Рам Ашад рискнул и попытался объяснить больному, что он собирается с ним делать, пекарь бы наверняка сбежал - только бы его и видели. А этого такиец допустить не мог. В ушах "дан-Энрикса" по-прежнему звучало - "От его болезни умирают". Сердце у дан-Энрикса заколотилось, когда он сообразил, что Лич по-прежнему у роженицы, а значит, помогать Ашаду в операции придется ему самому.
До сих пор Крикс только делал перевязки тем, кого Ашад прооперировал несколько дней назад, и всякий раз жалел, что лекарь игнорирует его намеки и по-прежнему не доверяет ему ничего серьезнее заноз и промывания порезов. Но сейчас мысль о том, что ему предстояло сделать, вовсе не казалась энонийцу соблазнительной - скорее, она вызывала ужас и сжимающее горло чувство тошноты. Вот только отступать, похоже, было уже некуда.
Крикс вынырнул из своих воспоминаний и открыл глаза.
- Благодарю вас, государь... можете пока опустить рубашку, - сказал он и удивился, до чего спокойно звучит его голос. Хотя именно сейчас, пожалуй, был самый подходящий момент, чтобы впасть в панику. Смешно сказать, но тогда, пару лет назад, он в самом деле донельзя гордился тем, что
Сенешаль, все это время напряженно наблюдавший за каждым движением "дан-Энрикса", не выдержал.
- Ты знаешь, что это за болезнь?
- Как ни странно, да, - устало сказал Крикс. По мере того, как укреплялась его первая догадка, Меченый все больше сожалел о том, что вообще отправился в этот треклятый Эсселвиль. От решающей схватки с Олваргом он сейчас бы так же далек, как и в Бейн-Арилле, зато на него свалилась непосильная ответственность за жизнь этого парня. Будь "наследник" Тэрина хоть двадцать раз лжецом и самозванцем, в настоящую минуту он был прежде всего человеком, истерзанным многочасовой болью. И думать о нем, как о враге, у Крикса, хоть убей, не получалось.
- Король поправится? - спросил Атрейн, явно обеспокоенный странными интонациями Крикса. Меченый не сразу осознал, что сенешаль задал этот вопрос на аэлинге, действуя, по сути, точно так же, как и Рам Ашад - а значит, уже признавая то, что положение достаточно серьезное.
- Если ему помочь - скорее всего, да, - ответил Крикс. - Но сперва мне необходимо побеседовать с мэтром Алинардом. И лучше всего - наедине.
- Я подожду снаружи, - кивнул сенешаль.
Лицо Алинарда при этих словах заметно вытянулось. Уже не заботясь о том, что Меченый может услышать их разговор, он обратился напрямик к Атрейну.
