Кэлрину очень хотелось немедленно вытянуть из Эстри все подробности, но он по собственному опыту знал, что нет более верного способа забыть такие вещи, как видения и сны, чем попытаться силой вырвать нужные воспоминания у своей памяти. Поэтому он произнес совсем другое:
- Думаю, лучше всего забыть об этом. Если повезет, ты вспомнишь все детали позже. Ну а если нет, значит, это было неважно.
Кэлрин чувствовал, что скулы у него свело от этого вранья, как от неспелой сливы. Ничто на свете не казалось ему столь же важным, как то, сможет ли Эстри вспомнить хоть какие-то подробности. Но его лицемерие дало свои плоды - Эстри заметно успокоилась.
- Ты прав, это не важно. Я же не ведунья... Знаешь, в детстве мне однажды показалось, что у меня было видение - вот как сегодня. Мне привиделось, будто мой младший брат тонул в реке. Я очень испугалась, потому что думала, что вижу будущее. Но на самом деле с моим братом ничего плохого не случилось. Он давно уже женат, и знать не знает о том, что якобы должен был утонуть. Что бы я там ни увидела, дан-Энриксу ничто не угрожает.
- Значит, в твоем сне ему грозила какая-то опасность? - небрежно спросил Кэлрин, стискивая руки, чтобы унять дрожь.
- Кажется, да. Я помню, ты сказал "где бы он ни был, ему сейчас проще, чем нам", а когда я пришла в себя, мне хотелось сказать тебе, что ты ошибся. Он... - глаза у Эсти неожиданно расширились, она взволнованно прикрыла рот рукой. - Я вспомнила! Сражение в лесу. Повсюду был огонь...
- Пожар?
- Не знаю. И Безликие. Кэлрин, я видела Безликих!
Отт стиснул зубы.
- Но дан-Энрикс жив?..
- Да. Он сражался с одним Безликим, а второй напал на него сзади. И еще... там была девушка, она ударила Безликого горящей веткой, как мечом, - Эстри внезапно всхлипнула, и по ее щекам потекли слезы. Кэлрин еще никогда не видел ее плачущей. Ему хотелось обогнуть широкий стол и обнять девушку за плечи, но он так и не решился на столь фамильярный жест, и ограничился лишь тем, что осторожно тронул ее за рукав.
- Прости, - сказал он, сам не зная, почему.
Эстри вытерла щеки и посмотрела на свои мокрые пальцы, словно удивляясь, как такое вообще могло произойти.
- Что за глупость... Но ты знаешь, мне вдруг стало так тоскливо, словно все это произошло по-настоящему. Хотя, когда мне померещилось, что Эдмар тонет, я тоже расплакалась, когда пришла в себя. Думаю, Крикс в такой же безопасности, как и мой брат.
Кэлрин задумчиво потер ладонью подбородок.
- А где был твой брат, когда с тобой случилось то видение?
- Не знаю. Где-нибудь носился, как обычно.
- Ну а мог он, например, пойти на реку?..
Эстри вскинула на него напряженный взгляд.
- Ты что, пытаешься сказать, что он и правда чуть не утонул? Когда я рассказала ему о своем видении, он только посмеялся надо мной. У меня никогда не замечали даже слабых проявлений Дара.
Кэлрин сдавленно вздохнул.
- Я плохо разбираюсь в магии. Об этом лучше спрашивать Саккрониса. Но я не исключаю, что твой брат соврал, поскольку не хотел тебя пугать... или, напротив, потому, что слишком сильно испугался сам. Скажи, ты сможешь петь? Выглядишь ты неважно. Если хочешь, я пойду и извинюсь перед гостями.
- То есть перед Рованом Килларо и его дружками? - усмехнулась Эстри, заправляя золотистый локон за ухо. - Ну уж нет... Само собой, я буду петь. Кстати, я думаю, что полчаса уже прошли.
- Но Браэна все еще нет, - напомнил Отт. - Папаша Пенф предупредил бы нас.
- И что с того? Начнем с чего-нибудь попроще. Споем для разогрева несколько обычных песен, дождемся Браэна, а потом будем петь баллады о дан-Энриксе.
Кэлрин чуть-чуть подумал и кивнул.
- Ты права, не стоит заставлять их ждать. Пошли.
Снова различив в тумане низко накренившееся дерево, как будто бы тянувшееся к всадникам своими узловатыми ветвями, Олварг окончательно уверился, что они уже проезжали это место несколько часов назад. Объяснить, как его войско снова оказалось здесь, если они все это время продолжали двигаться вперед, не отклоняясь от кратчайшего пути на Руденбрук, было нельзя. Ехавший вровень с королем Рыжебородый сохранял холодную невозмутимость, но по лицам остальных было понятно, что они тоже заметили корявый ствол - и сделали соответствующие выводы. Продолжать делать вид, что ничего не происходит, было невозможно.
Олварг придержал коня и махнул рукой в перчатке, приказывая колонне остановиться.
- Привал, - коротко бросил он.
Для королевского шатра мгновенно отыскали самое сухое место. Внутри установили раскладную жаровню, и вскоре шатер наполнился теплым светом, позволяющим не думать о промозглой сырости снаружи. Олварг сбросил плащ - и приказал позвать Рыжебородого. Мясник вошел, едва заметно припадая на больную ногу. На его усах и бороде поблескивали капельки воды.
