Этот хрупкий, изящный предмет, производством которого славилась Чиния, охотник не напоминал даже отдаленно. Несмотря на дороговизну, высокие тонкие вазы чинийского стекла, словно выполненные из замысловатого кружева, старались заполучить в дом все уважающие себя модницы. Помнится, в ее доме были целых две таких, они украшали гостиную, стоя на почетном месте по разным сторонам камина. В ее доме… Картинка встала перед глазами настолько четко, что девушка вскрикнула. Белый с розовыми прожилками мрамор, витая каминная решетка, толстый ковер вместо общепринятых звериных шкур – отец не одобрял эту моду, потому что сам… был оборотнем, – две белоснежные вазы на полу и неповторимое тепло родного дома, которое согревает тебя без всякого камина.
– Кажется, я на тебя плохо влияю, – мрачно поджал губы охотник. – Ты то и дело витаешь мыслями далеко отсюда. Может, тебе неинтересно?
– Нет, что ты! – категорично мотнула головой Ролана. – Просто… я вспомнила дом, и это… так непривычно.
– И что ты вспомнила? – В его голосе моментально зазвучала неподдельная заинтересованность.
– Немного. Гостиную. В нашем доме был камин и две вазы, которые ты только что упомянул.
– Получается, Кэрридэн сумел прилично обеспечить свою семью, раз ты говоришь о камине и вазах. Камин – характерная часть интерьера домов шеннов и даннов. Соллы не могут позволить себе подобную роскошь, об остальных и говорить нечего. К тому же как-то ты упоминала ящеров. Это значит, что ты у нас девушка из высшего сословия? – Охотник мечтательно прищурился. – Теперь буду обращаться к тебе шенни Ролана. Или данни Ролана. Как тебе больше нравится?
– Только попробуй! – угрожающе сдвинула брови ледана и сунула под нос охотнику кулак. Впрочем, тут же сникла и уставилась в пол. – Получается, мой отец не просто знал обо мне, но и жил рядом! Жаль,что я не помню этих лет… Кстати, – она вновь посмотрела на Илмара, – мне непонятно: ты столько лет дружил с моим отцом и ни разу не спрашивал у него, из какого он сословия и из какой семьи?
– Нет. Не спрашивал и не спросил бы даже сейчас. Во-первых, меня это совершенно не интересует. А во– вторых, когда вторая ипостась заявляет о себе, из-за страха перед твоей необычностью семья тебя выгоняет. А это значит, что ты остаешься один – без семьи, без сословия, без всего. У многих не остается даже медальонов.
– У тебя остался, – кивнула девушка на его грудь.
– Нет, – ровным голосом сказал охотник. – Моя семья выгнала меня, забрав родовой медальон. Этот я сделал себе сам. Здесь, в долине.
– И ты так спокойно об этом говоришь? – поразилась Ролана. – Разве тебе не больно?
– За столько лет боль прошла, не оставив о себе даже воспоминаний, – равнодушно бросил Илмар, поднимаясь с пола. – Я давно сам по себе и не имею ни малейшего понятия о том, что стало с моей семьей и кто сейчас продолжает мой род. Скажу больше: мне на это наплевать. И довольно разговоров. Мы отвлеклись от занятий. Повторяю последний раз: соберись и ударь меня.
Поняв, что отвертеться не получится, Ролана замахнулась и ударила. К ее удивлению, охотник и не подумал уклониться, в итоге кулак заехал точно в скулу.
– Солидно, – одобрил он, даже не пошатнувшись. – Только в этом ударе ты действовала исключительно силой.
– А чем же еще? – фыркнула Ролана. – Разумом, что ли?
– Разум, естественно, никогда не помешает, но я сейчас говорю об энергии. Твоей собственной внутренней энергии, которая есть в каждом из нас. Тебе нужно научиться концентрировать ее в кончиках пальцев и наносить удары с ее помощью. Только и всего. Тогда, во-первых, тебе не нужно будет свободное пространство для замаха, с чем в ближнем бою бывают большие проблемы. А еще ты сумеешь потратить гораздо меньше сил, чем тратишь обычно.
– Очень смешно, – недоверчиво отреагировала девушка.
– Не смешно, но полезно! – парировал охотник, направляясь к табурету, на котором лежала рубаха. – Смотри!
Подхватив одной рукой одежду, второй он слегка прикоснулся к табурету. Во всяком случае, со стороны это выглядело как самое обычное прикосновение, без применения какого-либо усилия. Тем не менее несчастный предмет мебели отлетел к противоположной стене и замер там, перевернувшись набок.
– Потрясающе! – восхитилась Ролана, устремив на табурет горящий взор, в котором теперь светился неподдельный интерес. – Я тоже так хочу!
– Кто мешает? – удивился охотник, подходя к ней и усаживаясь на пол. – Садись, и приступим к занятию.
Ледана послушно опустилась на пол напротив него.
– Закрой глаза. – Илмар взял ее за руки, развернул ладонями внутрь и развел на небольшое расстояние друг напротив друга. – Чувствуешь тепло?
Девушка молча кивнула. Тепло действительно ощущалось. Причем с каждым мгновением все больше.
– Отлично, – тихим голосом одобрил охотник, внимательно следя за ее лицом, пользуясь тем, что она не видит его заинтересованности. – Теперь я вложу тебе в ладони небольшой шар. Постарайся его не уронить.
