— А вы напрасно пытаетесь изобразить здесь Деву Сигрейн перед закланием, эрна, — хмыкнул атташе. — Я всего лишь пытаюсь понять, кто вы есть и чего от вас ждать. И куда, когти Локки, мне вас теперь девать! И что за блоха укусила под хвостом посвященного Апэйна, раз он отправляет мне вместо запрошенного подразделения… неважно, какого подразделения… всего лишь одну женщину с весьма специфической репутацией! И что это за просьба «позаботиться»? У меня тут курортная водолечебница, что ли? Или вы сменили покровителя? Эрна Кэдвен, я прекрасно понимаю, что офицеру, только что закончившему Академию Генштаба, да притом по второму разряду, достаточно сложно получить достойное и сытное назначение, и от всей души сочувствую вашему непростому положению. Но! Я достаточно простым шифром и вполне доступно изложил свою просьбу в последнем донесении! Мне нужны два взвода лейб-гвардейцев для усиления охраны и обеспечения безопасности княгини, а вместо них посвященный Апэйн прислал мне полудохлого щенка Лэхри и стриженую бабу-разведенку, жаждущую денег и карьеры!
Грэйн ласково улыбнулась мертвому янтарному взгляду совиного чучела и молвила:
— А вот тут вы перегибаете, эрн Рэдрин. Или надеетесь, что дуэль избавит вас от испытания ответственностью, когда княгиня прибудет… — и тут эрну Кэдвен наконец-то настиг смысл фразы «княгиня прибывает». Ролфийка широко распахнула глаза: — Как — княгиня?! Ее Священная Особа? Сюда, в Амалер?! Когти Локки!
— Вот именно, — нервно дернул щекой эрн Рэдрин. — Вы выглядите достаточно опытной женщиной, чтобы понимать, куда конкретно вонзятся мне когти Локки, если я допущу попытку покушения на священную особу княгини.
— Но… — Грэйн все еще не могла оправиться от изумления. — Но ради крови Морайг, мой эрн… которая княгиня прибывает?
— Владычица Шанты, — невесело усмехнулся резидент. — Посвященная Глэнны, хозяйка острова Яблонь и Змей, Священная Невеста Вилдайра Эмриса, и прочая, и прочая… Княгиня-шуриа, моя дорогая эрна Кэдвен. Княгиня-шуриа посреди диллайнского гнезда! Видит Локка, по-моему, нам проще сразу объявить Файристу войну…
— Джойн! — уже не слушая его, радостно вскрикнула ролфийка и просияла. — О! Это точно?
— Что, простите?.. — Очнувшийся от своих сетований атташе, в свою очередь, изумленно на нее уставился. — Вы лично знакомы с леди Ияри? И настолько близко, что называете ее по имени?
— А вы собираете только альковные сплетни, эрн Рэдрин? — Усмехнувшись, Грэйн сочла, что скрывать знакомство с шурианской княгиней бессмысленно. Тайной оно перестало быть еще давным-давно. — Разумеется, мы знакомы, и действительно весьма близко. И если бы не давешний инцидент, известие о ее грядущем приезде стало бы самой прекрасной новостью за последние… Клянусь юбками Глэнны, мы же двадцать лет не виделись!
— Хм… — Насупившись, эрн Рэдрин несколько раз кашлянул и заметно сбавил тон. — Н-ну… в таком случае боюсь, что я поспешил с выводами, эрна Кэдвен. Да, вероятно, поспешил… Разумеется, все это еще требует проверки… Но… Но теперь вы понимаете, что именно ваше присутствие в экипаже послужило причиной нападения? Так что вы косвенно причастны к гибели двоих собратьев-офицеров и ранению эрна Лэхри. Вот так-то, эрна капитан. Что? Недоумеваете?
— Нет… — прошептала эрна Кэдвен, холодея. — Я, кажется, понимаю… Это были исполнители, заранее предназначенные в расход. Их никто не уведомил о действительной значимости жертвы. Напасть на ролфи, среди которых будет женщина… Получается, они всего лишь обознались?
— Полагаю, что так, — он кивнул. — Уверен, что допрос пойманного убийцы покажет именно это. Они обознались, перепутали вас и княгиню. А это значит… Ну же, сударыня!
— Значит, будут еще попытки, — подытожила Грэйн. — Ну что ж… Поглядим!
И холодно и мрачно усмехнулась чучелу совы.
Наверное, именно этого она и хотела: чтобы в ее «змеиную» честь боцманские дудки свистели, барабаны отбивали дробь, пушки палили, офицеры в полных парадных мундирах и еще три сотни бравых моряков вытягивались по стойке «смирно!». Чтобы флейты оркестра сыграли поочередно «Шанта — мой дом!», «Рожденных под стягом Бегущего Волка!» и «Златая Луна в нашем сердце!», а морские пехотинцы пальнули в воздух. Целых три раза, между прочим.
Все как полагается во время торжественной встречи члена правящей семьи дружественного государства. Диллайн салютуют шуриа, которая ролфийская княгиня. Мир сошел с ума.
«Ты высоко взлетела, Джони», — прошептал где-то далеко-далеко Бранд Никэйн. И его улыбка легла невесомым поцелуем на ее губы. Как прежде.
Что правда, то правда — выше не бывает.
И ее рука в лайковой перчатке, как и прежде, покоится на запястье Аластара.
— Прекрасно выглядите, миледи.
Сказано так, чтобы услышали все, чтобы никому не показалось, будто они шепчутся о чем-то интимном.
— Моя дорогая Яфа очень старалась, — проворковала шуриа с таким видом, будто вдруг вспомнила о былых постельных игрищах. Просто так, назло диллайнскому рафинированному ханжеству. И подумала: «Но чуть-чуть хуже паровоза, не правда ли?»