Как все таки прекрасно, когда все твои проблемы за тебя решает твой мужчина. Мне понадобилось целых двадцать лет, чтобы к этому прийти.
– Я люблю тебя, ягодка, – прошептал мне в ухо мой любимый горячий Горячев. И я провалилась в огненное удовольствие, с головой, без права на возвращение.
– Как я жила без тебя? – успела вдохнуть я, прежде чем раствориться в жарком безумии.
Восемь месяцев спустя
«Сегодня День нашего замечательного города. И именно сегодня вступил в должность новый мэр, знаменуя своим приходом начало нового этапа в развитии нами всеми любимого нашего дома. Впервые в истории, город возглавила женщина.
Валентина Петровна Шилова юрист и крепкий управленец. У нее очень много планов по развитию инфраструктуры. Ну и, благодаря ей все же был подписан договор о строительстве кластера, который даст нашим жителям тысячи рабочих мест.
Инвестор, господин Горячев, выразил полную уверенность в том, что завод будет построен в срок и уже через три месяца директор завода Екатерина Павловна Маркова перережет ленточку, знаменующую начало работы предприятия.
Программа праздничных мероприятий…»
Я улыбнулась, глядя на Надюшку, вещающую с экрана телевизора свой репортаж, погладила живот. Разбушевались сегодня младшие Горячевы. Все в отца. Неугомонные. Да, мы перевыполнили план, по излечению меня от многолетнего бесплодия. Двойня. Мальчик и девочка. Королевская парочка. Когда Василий узнал, что будет дважды отцом, у него случилось какое-то переосмысление жизни. Мы остались в этом городе, где прошла вся моя жизнь. Концерном теперь твердой рукой руководит Альбина. Правда сейчас она тоже переселилась к нам, временно. Пока я не рожу наследников империи. Мои подруги тоже постоянно на низком старте, ошиваются у нас в доме. Надеюсь хоть новые должности их немного отвлекут от ведьмовства их нескончаемого. Кстати, они уже успели переругаться за право быть крестными. Да, вы не ошиблись. Василий Георгиевич согласился построить таки кластер на его условиях. И должности мэра и директора завода заняли мои подруги. Надя теперь заведует региональными новостями, и у нее это выходит шикарно.
Сергей все таки получил за свои махинации по заслугам. Вскрылись еще факты растрат, которые он не успел прикрыть. Он отбывает наказание где-то в Мордовии. А Соня с маленьким Ванечкой его ждут. Серегей признал отцовство.
Машуля стала невестой. Скоро выйдет замуж за своего однокурсника. И станет сестрой сначала, а через полгода тоже мамой. Пусть у нее все будет правильно и навсегда. Только этого я желаю моей девочке. Это странно ужасно, стать молодой мамой и бабушкой. Странно, но обалденно круто. Кстати, жить молодые будут в особняке Горячева в столице. Машка в восторге и постоянно шлет мне фото дворца подписанные «Мама, ну как можно было от такого отказаться?»
А я не жалею. Мне невероятно хорошо здесь. Здесь и сейчас.
– Что? – напрягся мой любимый муж, глядя, как я пытаюсь утихомирить наши продолжения. – Мишаню заряжать? Бинку вызывать? Боже, Рита, ну не молчи. Черт, я же говорил, надо скоряков у дома посадить, чтобы дежурили. И сумка. Рита, где тревожный чемоданчик? Бинка… Вертолет. Черт, надо было везти тебя в нормальный город, где роддом как космолет, где…
– Горячев, я не… Ох, – первая схватка скручивает мое тело в пружину.
Я люблю его. Он подарил мне то, чего у меня никогда не было. Уверенность, силу и настоящую, огромную. Непогрешимую любовь. Я счастлива.
Горячев В.Г
– Так, я первая пройду. В конце концов, я крестная будущая.
– Ага, разбежалась. Я сейчас тебе этим букетом тресну по башке твоей мэрской. Выдра ты Валька. Губу закатай, я крестной буду, мне Риткин хмырь обещал.
– Мало ли кто кому что обещал. Ты, Надька, вообще не лезь. Надеюсь хоть сюда то ты не приволокла сегодня петарду? С тебя станется.
– Овцы вы. Что я дура по вашему совсем?
Я смотрю на двух крошечных, но очень серьезных младенцев, спящих в дурацких пластиковых кроватках, и видимо превращаюсь в слюнявого дурачка. Потому что понимаю, что моя жизнь больше не будет прежней. Теперь я не чувствую себя несгибаемым. Эти две крохи крепко держат в своих малюсеньких кулачках мою душу, и большую половину сердца. Другая часть пламенного мотора отдана женщине, устало откинувшейся на подушках. Ритка моя. Она бледна. Но улыбается. И я готов встать как вратарь на воротах, чтобы не впустить в этот мой мир трех ведьм, которые судя по звукам, раздающимся за дверью. Уже пошли в рукопашную. Господи, дай этому городу сил устоять. Я, видимо, разбудил апокалипсис, доверив его подружкам Маргариты.
– Они ведь разрушат новенький перинатальный центр, – хихикнула моя жена. – Который ты построил, Горячев. Впусти их. Иначе эти крестные феи тут не оставят камня на камне.
– Хорошо. Но сначала…
– О нет, Горячев. Только не это.
– Вообще-то я хотел тебя поцеловать, и сказать спасибо за то, что ты сделал меня счастливой.
– А ты меня. Ну целуй скорее. Сколько можно ждать. Я люблю тебя, муж.