Я отдала Валентине телефон и откинулась на спинку кресла. Прикрыла глаза. Черт, вся моя жизнь превратилась в какой-то фарс. Я и не заметила, что задремала. Почувствовала только, что взлетаю. Открыла глаза и уставилась в лицо Горячева, который меня поднял на руки и прижал к себе. И девки куда-то испарились. Он уставшим выглядит. Морщинка на переносице залегла, и губы сжатые, словно закаменели.
– Что ты делаешь? – прошептала я.
– Тебе же неудобно было спать сидя. Несу тебя в кровать, – обжег он меня своим дыханием. Я не хочу в кровать. Я хочу вот так, провести всю жизнь в его руках. Я хочу…
– Ты где был так долго? Я ждала. Что вообще происходит. Запер меня тут, как морковку. Сам исчезаешь. Пропадаешь днями. И где мои подруги?
– Решал кое-какие дела. Бинка нарыла много интересного. Подруг твоих я выгнал. Тебе нужно больше отдыхать и не нервничать. И, кстати, ничего рассказать мне не хочешь? Или будешь партизанить, как твои ведьмы? – сузил он глаза. Когда Василий сердится, он похож на громовержца. И я бы даже испугалась, если бы была в состоянии мыслить здраво. Но я уставилась на его губы, и обвела языком свои, пересохшие.
– Не хочу. Я тебе не доверяю. Опыт доверия мужикам у меня дурной, прости. Но… Я тебя…
– Ты меня соблазняешь и пытаешься отвлечь?
– Просто соблазняю, – простонала я, сходя с ума от желания почувствовать его всего, а не только эту его злость. – В обмен на нужную тебе информацию.
– Шантажистка. Рит, а не вредно это? Я просто… Знаешь, никогда не думал, что это так ошеломительно, знать, что мы продолжимся.
– Ты никогда не думал о детях, Горячев? Ты нормальный? Кому как не тебе было рожать наследников, стать многодетным папашей и демографию повысить? У тебя для этого все было. Чего ты ко мне то прилип?
– Может потому, что я хочу с тобой прожить до старости, Ягодка волчья, – ухмыльнулся громовержец. – Я не так хотел. Думал, как бы сделать тебе предложение романтично. Но я ни черта не романтик, Рита. Короче, ты выйдешь за меня? Кольцо у меня в кармане, если что. Я выбирал самое красивое. Такое же, как ты.
– Антикварное? – горько усмехнулась я. Ну вот же, вот. Как в газпроме, мечты сбываются. Нужно лишь сказать короткое да. Но…
– А ничего, что я замужем, Горячев? Слушай. Я уже не девочка, у меня океан проблем. Скорее всего, я не выгребу из них, и черт его знает, что случится.
– А мужик тебе на что? – ухмыльнулся Василий Георгиевич. – Решать проблемы не твоя забота, Рита. Жаль, что тебе твой бывший муж не дал этого понять. Теперь все изменится.
– Он пока не бывший, – я уткнулась носом в грудь настоящего мужчины, любимого и такого нужного. И я ему еще не сказала об этом. И, скорее всего, не скажу. Ну зачем мне портить ему жизнь? – И знаешь, я не могу принять твоего предложения. Ну зачем тебе ягодка с прицепом и прошлым за плечами? Горячев. Найди себе нормальную бабу.
– Ты совершенно ненормальная, это факт. Я это понял еще тогда, когда ты с топором плясала у машины Серениной. И именно тогда я понял, что мне никто не нужен нормальный, понимаешь?
Он меня так аккуратно опустил на кровать, скинул пиджак, полез в карман. И мне страшно, просто до одури захотелось кольцо на палец, и…
– Ты свободна с сегодняшнего дня, дорогая Рита. Вот свидетельство о разводе. Твои хм… финансовые проблемы урегулированы. Сергею предъявить, к сожалению, нечего. Криптокошелек с украденными им деньгами оказался отформатирован. То есть, скорее всего он избежит наказания. Я возместил в казну города все недоимки. Фирмы сделанные на твое имя проверил аудит. Они чистые теперь. Альбинка занимается их закрытием. Скорее всего твой муж обналичил крипту. Мэром он вряд ли станет. Но сухим из воды выйдет, к моему глубокому сожалению.
– Так это ты… Боже. Василий, но… И мальчика ты помог забрать?
– Мальчик и его мама будут получать пожизненную помощь от моего фонда. И еще… Мои юристы сейчас занимаются сбором документов, и подтверждением родства Сергея и ребенка Софьи. Райкову придется признать ребенка и платить алименты. Так будет честно. Ну и кластер я все же буду строить здесь. Губернатор расстроен очень. Но, меня это не колышет. Пусть разбирается со своим протеже.
– Меня не посадят, значит?
– Пусть хоть кто-то попробует отнять тебя у меня. Тебя и моего сына, – ухмыльнулся Горячев, раздирая на груди рубашку. Черт, черт, черт, черт. О, боже. Рита, молчи. Пусть Горячев упадет рядом со мной на кровать, пусть он заявит на меня свои права, пусть повторится сумасшествие. Пусть. Просто молчи.
– Флешка у меня. Ну. Точнее у Нади. Мы деньги сняли, а не Сергей. Они в банке. И… Горячев, а вдруг у нас родится дочь?
– А это так важно? Следующий сын будет. Ты знаешь, я не собираюсь останавливаться. У меня куча планов на жизнь. И ты все еще не сказала мне «Да»
– Но ведь тогда мне придется отсюда уехать. А у меня здесь целая жизнь. Дочь, подруги, прошлое. Я не…
– Я купил дом тут. Совсем рядом. В нем хватит места всем, Рита. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.
Ну и что мне делать оставалось, скажите?