- Неринга! - воскликнул Айдас, но я не посмотрел на него, заметив, как быстро и стремительно сократились мышцы Салтара.
Я кинулся белому волку наперерез, перекидываясь и прерывая стремительный прыжок, и мы покатились по слишком тесной пещере, сметая все на своем пути.
Он был в своем праве, защищая честь истинного партнера, и не собирался отступать, пока не перегрызет горло самке, и я понимал его полностью и без остатка. Ведь я тоже дрался за того, кто был мне дорог.
Мы врезались в стену, выбивая ледяную крошку из замерзшей земли, и Салтар щелкнул клыками у меня перед глазом. Я едва успел отдернуть голову, прижал уши, яростно оскаливаясь, и кинулся на него, подминая под себя и пригибая к земле. Я был больше и крупнее, но ему, как и мне, было кого защищать, и он извернулся, кусая меня за лапу. Я отдернул ногу, вцепляясь ему в кожу на затылке, разжал челюсти, подставил плечо под сокрушительный удар, спасая шею, и удачно впился клыками в неосмотрительно открытое горло. Он не мог меня укусить из такого положения, и я со всей силы ударил его спиной о землю, сжимая челюсти. Салтар захрипел, вхолостую щелкая челюстями, и я тряхнул головой, давя на трахею.
Сбоку что-то мелькнуло, и я машинально кинулся на движение, отпуская шею Салтара. Я едва успел остановиться, в последний момент отдергивая голову от изумленно отпрянувшего Арвена, и замер, осознав то, что чуть не натворил. Арвен прижал к голове маленькие, аккуратные ушки, и оскалился. Он был почти на полметра ниже меня в холке, намного мельче в кости, но я приниженно завизжал, припадая на лапы и виляя хвостом.
Я не имел права, не имел ни малейшего права нападать на него, даже случайно, и поэтому подставил плечо под укус, жалобно взвизгнув, прижал уши, чтобы Арвен не смог за них ухватить, и покорно принял серию сильных и болезненных рывков от зубов омеги, подгибая голову и оберегая шею.
Арвен отпустил меня, предварительно с силой тряхнув за холку, и резко развернулся к откашливающемуся Салтару, ударив клыками его по морде. Он, как и я, упал на бок, поджав хвост, и Арвен встал между нами, вздыбив шерсть на загривке:
"Вы, два больных болвана! Ты!" - он обернулся к Салтару. - "Контролируй себя! Я в состоянии справиться с самкой двуногих! А ты!" - я приниженно заскулил, стуча хвостом по земле. - "Оставь свои умения для весенних боев!"
Он перекинулся и встал, гневно глядя на людей. Они прижались спинами к стенам пещеры, и неверный свет от углей сметенного нами костра освещал испуганное лицо самки, ошеломленное - Айдаса и нахмуренное - Ольтара.
- А теперь слушайте меня, двуногие, - Арвен поочередно заглянул им в глаза и пристально посмотрел на самку. - Со времен Первых Песен, когда мой вид только зарождался на этой земле, Великие Духи сделали нам дар, оценить важность которого вы не в состоянии. Нам дали два тела: одно из них, по несчастливой случайности, идентично телам самцов вашего, полузвериного народа. Это двуногое тело было даровано нам для мирной и спокойной жизни в городах. Для того чтобы любить друг друга, потому что секс - это потрясающе, если вы не подозреваете об этом. И отказывать себе в удовольствии я не вижу смысла. Мы те, кто мы есть, и, Великие Духи мне в подтверждение, мне нравятся подтянутые задницы, красивые тела, сильные души и горячая кровь, а не то, что представляют собой ваши самки.
Арвен помолчал, оглянулся на меня, и снова посмотрел на людей.
